Грешники
- Автор: Субботина Айя
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Грешники». Краткое содержание книги:
— Рада, что вы наслаждаетесь жизнью. — Пытаюсь вернуть папку, но Лисина нарочно обходит ее стороной, продолжая нарезать круги по моей гостиной. — Но я не очень понимаю, причем тут я. Насколько я знаю, выплаты на ваш счет идут в срок и в полном объеме.
Свекровь останавливается, упирается в меня злым взглядом.
— Дурой прикидываешься?
Лисенок вскидывает голову, реагируя на резкий голос. Она не привыкла к такому — у нас в доме всегда тихо, я не привыкла повышать тон и, слава богу, для этого нет повода.
Видимо, разговора хотя бы в умеренных кондициях у нас со свекровью не получится.
Я зову охранника, передаю ему Дашу и прошу побыть с ней пару минут. У него двое детей и третий на подходе, должен же он хоть что-то понимать о детском досуге? К счастью, он запросто берет Лисицу на руки и обещает научить ее играть в Покер. Я от всей души с благодарностью ему улыбаюсь — хоть в Дурака подкидного, лишь бы моя дочь была подальше от свекровеподобного монстра.
— Когда Игорю было столько ж лет, сколько ей, у него были белоснежные волосы и очень светлые глаза, — с отвращением провожает их взглядом Лисина.
У Даши темно-русые волосы, но такие же, как у Гарика, светлые глаза.
Я понимаю, куда она клонит, хоть по крайней мере «визуально» у нее нет для этого никакого повода. Не знаю, как это возможно, но моя дочь похожа на Гарика почти как две капли воды. И мне нравится прятаться в иллюзиях о том, что на самом деле какая-то ночь, которую мы с ним могли привести вместе, просто выпала из моей памяти.
Это самообман, который я осознаю, и в который добровольно верю.
Но у моей свекрови на этот счет, конечно, собственное мнение.
Я невольно вспоминаю тот день, когда Маруся попала в больницу и туда приехала мать Гарика. Конверт, который она ему всучила со ловами о прозрении и доказательствах моей истинной сущности.
Гарик даже не стал его открывать.
— Я все еще не понимаю мотив вашего визита, Анна Александровна. — После воспоминаний о Гарике мне всегда трудно говорить, потому что каждый раз это словно вспороть себе грудную клетку и расковырять рану в сердце. Которая все равно не заживает, сколько бы «зеленки» я на нее не лила, и как бы не прижигала.
— Я хочу, чтобы у меня было все это. — Свекровь тычет взглядом в документы у меня в руках.
— Мы все хотим красивой жизни, — пожимаю плечами.
— Ты незаконно владеешь «ОлМакс» и всеми активами моего сына.
— Полагаю, более чем законно.
— Нет! — рявкает она, видимо рассчитывая напугать меня своим боевым настроем.
— Если вы не вспомните о правилах поведения, — отвечаю холодно и строго, — обещаю, что охрана выведет вас под руки как сумасшедшую.
Чем больше она корчит мегеру, тем сильнее я затвердеваю внутри.
Лисина стоит посреди моей гостиной с видом человека, который душу продаст за канистру бензина и зажигалку.
— Я знаю, что этот выродок, — показывает пальцем в сторону коридора, куда ушел охранник с Дашей, — не от Игоря! И ты…
В каком еще дерьме она собирается меня извалять — не интересно.
Мне нужно ровно три шага, чтобы заткнуть эту хабалку одной крепкой оплеухой, от которой ее прическа скашивается набок, словно плохо подколотый шиньон.
Лисина хватается за щеку и беззвучно шевелит губами.
— Еще раз скажешь что-то о моей дочери, — предупреждаю я, выразительно поглядывая на стоящий поблизости тяжелый бронзовый подсвечник на три рожка, — и я сделаю так, что ты не сможешь разговаривать до конца своих дней, и будешь рада хотя бы тому, что можешь сосать мокрый хлеб через тряпочку своим беззубым ртом.
Лисина отступает.
У нее на глазах беспощадно комкаю папку с «претензиями», а потом запихиваю это в ее модную сумку от «Шанель». Стоит дорого, потому что это новая модель из каталога этого года. Такие есть в продаже только в Европе в фирменных бутиках. С учётом налогов и доставки, получается, что моя «драгоценная свекровь» абсолютно не умеет считать деньги.
Что ж, учиться никогда не поздно, особенно зарвавшимся наглым бабам.
— Я не дам тебе ни копейки, — выдаю свой вердикт. — Ни рубля. И надеюсь, у тебя есть какие-то сбережения, потому что завтра я закрою твой спецсчет.
— Ты этого не сделаешь! — снова орет она, но тут же захлопывает варежку, стоит лишь намеком поднять руку. — Я все это… зафиксирую!
— Давай, фиксируй, — спокойно отрезаю я.