Заговорщики Гора

«Как же она наивна!» — мелькнула у меня мысль. И снова я попыталась представить себе, в каком обществе она могла появиться, и в каких условиях рос её культурный уровень. Но затем до меня дошло, что, исходя из того, что она о себе только что рассказала, у неё практически не было никаких шансов на такие общепринятые блага цивилизации как общество и культура.

— Вы упоминали о каком-то эксперименте, — напомнила я.

— Да, — кивнула она.

— И он оказался неудачным? — не отставала я.

— По-видимому, да, — подтвердила женщина.

— Но мне не понятно, — сказала я, — в чём заключалась неудача.

— Об этом тебе лучше поговорить с Лордом Грендель, — пожала она плечами.

— А он меня не убьёт? — опасливо поинтересовалась я.

— Ты можешь попробовать спросить его и увидишь, — предложила Леди Бина.

— Не думаю, что это хорошая идея, — поёжилась я.

— Не думаю, что он причинит тебе вред, — отмахнулась она. — В самом худшем случае тебя ожидает хорошая порка, возможно, не одна, а несколько дней подряд и предупреждение не начинать подобных разговоров впредь.

— Вы говорили о Лорде Гренделе так, что можно заключить, — сказала я, — что в своём мире он был весьма важной персоной.

— Не всегда, но со временем он таковым стал, — подтвердила мои подозрения Леди Бина. — И даже необыкновенно важным, как в плане власти, так и в плане престижа. Если бы ему только понадобилось, если бы его интересовали подобные вопросы, то он мог бы иметь столько власти и богатства, сколько захотел.

— Почему же тогда он покинул свой мир? — спросила я. — Почему он столь от много отказался?

— Чтобы сопровождать меня, — ответила она.

— В новый мир, странный, незнакомый, возможно, враждебный? — удивилась я.

— Да, — кивнула женщина.

— Простите меня, Госпожа, но зачем ему, представителю совершенно отличающейся, чуждой нам разновидности живых существ, поступать подобным образом?

— Я никогда его об этом не спрашивала, — пожала плечами Леди Бина. — Он сам настаивал на том, чтобы так поступить.

— Здесь его боятся и даже ненавидят, — заметила я.

— Это потому, что он не настоящий кюр, — проворчала она. — Настоящий кюр — красивый, большой, проворный, гордый, с длинными руками, лоснящимся мехом, широкими ноздрями, шестью пальцами и голосом, которому мог бы позавидовать ларл. А у Гренделя уродливые лапы с пятью пальцами, глаза иной формы, а также другие горло, язык и рот. Он даже может издавать звуки близкие к человеческим.

— Мне кажется, — сказала я, — он предан Госпоже.

— Я никогда не возражала против его присутствия, даже, несмотря на его внешность, — кивнула женщина. — Его полезно иметь рядом, и я отношусь к нему с приязнью. Его уродство — это не его вина. Он с этим ничего поделать не может. К тому же, я подозреваю, что его присутствие около меня, примерно как присутствие верного слина, поощряет хищников, грабителей и прочих злоумышленников к осмотрительности.