Трудные дороги освобождения. Третья битва за Харьков
- Автор: Додонов Игорь Юрьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Военная документалистика и анализ
Электронная книга - «Трудные дороги освобождения. Третья битва за Харьков». Краткое содержание книги:
«Генерал В.А. Копцов даже глазам своим не поверил, когда увидел нашу колонну.
– Семь танков! – радостно воскликнул он, обнимая меня. – Да это же больше того, что имеет сейчас вся 113-я танковая бригада! Ну, спасибо, Александр Александрович! Здорово выручил!» [10; 122].
Это к вопросу о разнице в 10 машин.
К исходу 28 февраля 3-я танковая армия получила задачу частью сил (160, 350-я стрелковые, 25, 48-я гвардейские стрелковые дивизии) перейти к обороне, а остальным своим составом (исключая, конечно, 62-ю стрелковую дивизию (см. выше)) с утра 2 марта перейти в наступление и нанести удар по противнику в направлении Мироновки и Лозовеньки [11; 31], [19; 417], [20; 111 – 112]. Т.е. от удара на Красноград (в западном, точнее, даже несколько северо-западном направлении) отказались с целью нанесения удара на восток, во фланг наступающему на север противнику. Собственно, это было выполнение директивы Ставки ВГК № 30059 от 28 февраля, которая предписывала нанесение подобного удара.
В 20.00 П.С. Рыбалко принял решение создать ударную группу армии под общим руководством командира 12-го танкового корпуса генерал-майора танковых войск М.И. Зиньковича. Исходным рубежом для наступления группы М.И. Зиньковича должна была стать только что захваченная 15-м танковым корпусом Кегичевка. В группу включались 12-й и 15-й танковые корпуса, 111, 184, 219-я стрелковые дивизии, 369-й и 1172-й истребительно-противотанковые артиллерийские полки, 138, 206-й и 265-й гаубичные артполки, 470-й полк ПВО, два дивизиона 15-го гвардейского миномётного полка («катюши») [10; 123], [19; 417], [20; 112].
Танковый потенциал группы М.И. Зиньковича оценивается А. Исаевым в 51 боевую машину. Данные он приводит на 1 марта [19; 417], [20; 112].
Не берусь оспаривать цифры по 12-му танковому корпусу, но вновь обращаю внимание читателя на число танков в корпусе В.А. Копцова. Конечно, увеличение количества боевых машин в нём за сутки, т.е. за день 28 февраля и ночь с 28 февраля на 1 марта, с 19 до 25 единиц может быть объяснено только ремонтом. Восемь танков встали в строй благодаря стараниям ремонтников корпуса (с учётом того, что в боях за Кегичевку корпус потерял 2 танка). Об этом пишет и А.А. Ветров, правда, указывая, что к утру 1 марта было отремонтировано 7 танков. И разница в количестве машин по указаниям А. Исаева и А.А. Ветрова всё также сохраняется, сократившись, однако, до 9 единиц (16 танков в корпусе по А.А. Ветрову, 25 танков – по А. Исаеву) [10; 120 – 122], [19; 417], [20; 112].
Вообще же на 1 марта 1943 года А. Исаев говорит о 105 танках в армии П.С. Рыбалко. Исследователь даёт такую роспись нахождения боевых машин 3-й танковой армии:
1) Кегичевка, группа М.И. Зиньковича – 51 танк (26 – 12-й тк, 25 – 15-й тк).
2) Район Новой Водолаги, группа под командованием командира 195-й танковой бригады 15-го танкового корпуса Леви – 32 танка. Причём под командой Леви оказались не только танки 15-го, но и 12-го танковых корпусов. Танков последнего было даже больше: 13 машин были из состава 15-го тк, а 19 – из 12-го тк. Эта группа состояла в основном из отремонтированных танков.
3) Район Тарановки, 179-я танковая бригада – 22 танка [19; 417], [20; 112].
Надо признать, что ремонтные базы армии поработали весьма успешно, введя в строй за сутки 36 боевых машин.
Потенциал в 105 танков – внушительная сила, хотя для танковой армии, конечно, маловато – численность танков не дотягивает даже до штатной численности танкового корпуса (168 машин по штатам, существовавшим на тот момент). Кроме того, как видим, танки армии разбиты на три группы, находящиеся друг от друга на внушительном расстоянии.
Группа М.И. Зиньковича обладала, в лучшем случае, 51 боевой машиной (в худшем – 42). Но и эти силы должны были сначала сосредоточиться вместе в Кегичевке. Вечером 28 февраля части 12-го танкового корпуса были выведены из боя и под покровом темноты двинуты к Кегичевке. К месту назначения они прибыли только к 20.00 следующего дня, т.е. 1 марта [19; 417], [20; 112].
Между тем события в полосе Юго-Западного фронта продолжали развиваться для советских войск крайне неблагоприятно. Из района Краматорска с боями прорывались к Красному Лиману части 38-й гвардейской стрелковой дивизии [11; 31].
28 февраля наши войска (57-я гвардейская стрелковая дивизия) оставили Славянск, также начав отход в направлении Красного Лимана [11; 31], [18; 39]. Участник боёв за Славянск рядовой 57-й гвардейской стрелковой дивизии Борис Иванищенко вспоминает об эвакуации города следующее: