Конфуций
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-1-38-788222-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Конфуций». Краткое содержание книги:
Об этом и рассказывает наша книга, поскольку в ней повествуется не только о жизни и учении великого мудреца, но и приводится 350 его самых известных изречений по сути дела на все случаи жизни. Читатель узнает много интересного из бесед Конфуция с учениками основанной им школы. Помимо рассказа о самом Конфуции, Читатель познакомится в нашей книге с другими китайскими мудрецами, с которыми пришлось встречаться Конфуцию и с той исторической обстановкой, в которой они жили. Почему учение Конфуция актуально даже сейчас, спустя две с половиной тысячи лет после его смерти? Да потому, что он уже тогда говорил обо всем том, что и сейчас волнует человечество. О благородстве, честности, добре и служении своей родине…
Вряд ли. Во всяком случае, сам он об этом ничего не говорил, да и не мог он уже в пятнадцать лет задумываться о том, как исправить нравственность в Поднебесной. Для этого у него не было ни знаний, ни понимания жизни.
Впрочем, на этот счет существует и другая версия.
Согласно ей, Конфуций не смог поступить ни в одну из высших государственных школ, где готовили чиновников по причине бедности.
Однако это не остановило Конфуция, и с пятнадцати пет он стал заниматься самообразованием.
— Я очень любил древних, — говорил сам Конфуций о своей учебе, — и приложил все усилия, чтобы овладеть их знаниями…
Возможно, так оно и было. Достаточно вспомнить о тех насмешках, которым «деревенщина» Конфуций подвергался при отправлении церемоний. И мог ли «сын человека из Цзоу» поступить в высшую школу, еще вопрос.
И смеявшиеся над Конфуцием люди, хорошо знали, где и как учили настоящему ритуалу и что никакие деревенские старшины не могли научить ничему хорошему.
Когда Конфуций прославился на всю Порднебесную, некий аристократ Гунсунь Чао из царства Вэй спросил ученика Конфуция Цзы Гуна, у кого учился его наставник.
В те времена был широко распространен обычай, согласно которому знатные люди приглашали для обучения своих сыновей постоянного учителя.
Поэтому Гунсунь Чао считал само собой разумеющимся, что ученый с такой репутацией должен был приобрести свои познания у очень известного наставника.
Ответил Цзы Гун в лучших метафизических традициях.
— Путь основателей Чжоу, совершенномудрых царей Вэнь-вана и У-вана, пришел в упадок, но не пропал полностью. Он сохранился среди людей, при этом достойные запомнили в нем великое, а мелкие и недостойные — неважное и второстепенное. Тем не менее, и то, и другое — части Пути. И куда бы мог пойти наш Учитель, чтобы у него не было возможности учиться? Да и нуждался ли он в постоянном наставнике?
Если перевести всю тайную суть иносказаний Цзы Гуна, то Конфуций мог учиться — и учился — в любой ситуации, у любых людей, не нуждаясь в отдельном наставнике, который постоянно обучал бы его.
Конечно, по большому счету вопрос о том, учился ли Конфуций в высшей школе, является чисто риторическим. И трижды прав был его ученик, когда говорил, что его Учитель был обречен на учение самим Небом.
Достойный человек не может не обладать широтой познаний и твердостью духа. Его ноша тяжела, а путь его долог
Человечность — вот ноша, которую несет он: разве она тяжела? Только смерть завершает его путь: разве он долог?
Истинно человечный муж добивается всего собственными усилиями
Да и не это, в конце концов, главное! Главное, что Конфуций учился и овладел знаниями в гораздо большем объеме, нежели это давала государственная школа.
И, наверное, прав был Цзы Гун, когда говорил о том, что о Конфуций не нуждался в постоянном наставнике.
Впрочем, это и не суть важно для такого человека, каким был Конфуций. Главное для него было все же, не у кого, а как.
— Даже в селении из десяти домов, — как-то заметил он, — всегда найдется человек, равный мне по верности и надежности, но там не будет никого, кто любил бы учиться так, как я…
Как это ни удивительно, но громкие слова принадлежат скромному в обычной жизни Конфуцию.
И он знал, что говорил, поскольку его любовь к учению и на самом деле была настолько сильна, что, действительно мало кто мог сравниться с ним.
— Я, — говорил Конфуций, — не из тех, кто обладает врожденным знанием. Я просто люблю древность и искренне стремлюсь к ней…
Его слова не расходились с делом, и он скрупулезно изучал тот мир, каким он представал перед ним в классических книгах.
И как тут не вспомнить знаменитого автора «Смысла и назначения истории» К. Ясперса?
«Необозримые дали времени, — писал он, — когда человек уже существовал, в основе своей остаются для нас тайной. Это время молчания истории, хотя именно тогда должно было произойти то, что наиболее существенно для нас.
Доистория — это величайшая реальность, ибо в ней возник человек, однако реальность эта нам, по существу, неведома.
Но едва только мы задаем себе вопрос, что мы, люди, собственно, такое, и пытаемся найти ответ в познании того, откуда мы пришли, мы сразу же обращаемся к доистории, стремясь проникнуть в ее глубины.
Тьма этих глубин обладает притягательной силой, мы с полным основанием устремляемся к ним, но нас всегда ждет разочарование, уготованное невозможностью их познать».