Жажда

Мигелю было страшно, он весь трясся, обливался холодным потом и не чувствовал в себе силы даже попытаться отползти. Всё вокруг полыхало красным пламенем. Сейчас комната представляла собой смесь привычного интерьера с адскими кострами, будто геенна наложилась на человеческий мир. Мигель, не в силах себя контролировать, прыснул от страха в пижамные штаны. А потом он начал всматриваться в демоницу и не смог не признать, что та прекрасна. Это его ошеломило. А ещё ему показалась знакомой её внешность.

– Привет, дружок! – провещала демоница. Было непонятно, она говорит наяву или этот голос раздаётся сразу в голове Мигеля.

– К-к-кто т-т-ты? – пролепетало распростёртое на полу тело.

– Как?! Ты не помнишь моего имени? Ты только вчера призывал меня и клятву давал. Я – Алукуа, демоница и суккуб-инкуб. Ты обещал больше не пить и тут же нарушил своё обещание. Разве не помнишь, о чём вчера клялся?

– Это про заклинание? Я не знаю латыни. Поэтому не знаю, что именно обещал, – страх с каждой секундой выветривался из Мигеля. Точнее, его выталкивала дикая похоть.

– Мда, вот современные маги пошли, недоучки! – хмыкнула суккуб. – Хотя мне это только на руку! Ха-ха!

Мигель понял, кого напоминает ему демоница. Ведь это вылитая медсестра Нонна, которая ему показалась идеальной самкой и которую он так страстно возжелал. Тут он почувствовал, как его охватила дикая безумная похоть. Он хотел драть во все щели эту Алукуа, во все гланды и отверстия, осеменять бесконечно, разрывать её, сливаться с нею. Его дружок в штанах надулся до максимума, до болезненности, смешно оттопыривая пижаму. Больше не было страха, осталась бесконечная страсть и вожделение, Мигель сам превратился в вожделение, глаза его пылали, рот приоткрылся, слюна начала стекать по подбородку. Он встал и, как зомби, выставил одну руку вперёд, собираясь приблизиться к демонице и обнять её. В это время второй рукой он пытался стянуть зацепившиеся за причиндалы штаны.