Омут. Книга третья. Круговорот
- Автор: Черкашина Владислава Андреевна
- Серия: Омут #3
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Омут. Книга третья. Круговорот». Краткое содержание книги:
По ночам мне стали снится целые циклы. Будто я иду по коридору, но одновременно с этим возникают параллельные сновидения. Как только я чувствую, что нахожусь на грани, моментально просыпаюсь. Без криков. Наконец-то научилась себя контролировать.
Сентябрь подходил к концу. То был поистине тяжелый и насыщенный месяц. Кошмары, лицей, путешествия во времени с Тимом. Где мы только не были… Мой некровный старший брат давал мне полную свободу выбора. Премьера мюзикла «Кошки» на Бродвее, купания с дельфинами во Флориде, час на Лондонском Колесе обозрения, прогулки на лодке по полузатопленной Венеции, и вновь жареные каштаны, итальянское мороженое, бразильские карнавалы и прочее и прочее.
В лицее прошел праздник «Мисс Осень». Мероприятие максимально подходило для тех, кто давно не высыпался… Не без моей помощи, конечно. Знаю, жульничество – это не хорошо, но иначе мерзкая Юльча бы выиграла. К тому же она танцевала вальс с Артемом, который строил из себя Отелло каждый раз, когда близ меня появлялся Егор. А последний только из-за того, чтобы позлить кого-нибудь, ошивается вокруг либо делает гадости. Новой мисс стала ученица десятого класса, а Юльча заняла четвертое или пятое место – не призовое. Через полторы недели предстоял День Учителя. Забавно, что я знала весь сценарий заранее. Артем долго уговаривал принять участие в празднике, но у меня не было настроения веселиться. Скоро должны были приехать мои родители, и я еще пока не знала, какую стратегию выбрать в общении с ними.
Как-то вечером я приняла оживляющий душ, высушилась и переоделась в ночную сорочку, поверх надела халат, мягкие бежевые тапочки на ногах. Моя старушка смотрела какую-то мыльную оперу по телевизору.
- Спокойной ночи, - пожелала я.
- Спокойной, дорогая, - молвила она, лениво зевнув.
В моей комнате на своем привычном месте – в кресле в углу у окна – в ожидании меня сидел Тим. Он был в несколько раз мрачнее, чем обычно. С первых секунд во мне поселилась тревога, которую парень развеял своей новой задумкой – я ему дату, а место он выбирает сам. Я легко согласилась. Задумалась всего на долю секунды, а затем назвала дату. Молодой человек исчез, но, как всегда, тут же вернулся с необходимой одеждой.
Он переместил нас на величественный корабль, который отправился несколько часов назад, мы же появились ближе к вечеру. Живая музыка, хорошо одетые люди, мы находились в первом классе, остальных я попросту не видела, так как они размещались на нижних палубах. Пару часов я допытывалась у Тима, на каком мы корабле или лайнере – я слаба в мореходной терминологии. В любом случае, парень упорно не говорил названия. В конце концов я бросила всякие надежды узнать истину и просто наслаждалась всем от всей души.
Мы ужинали. Блюда были неописуемо вкусные, сейчас даже тяжело рассказать, из чего они были. За соседним столиком две дамы преклонных лет обсуждали «Титаник» и все последние новости да слухи. Мне эти слухи не казались свежими, однако же уши я навострила, пока невольно не поинтересовалась у них.
- Простите, леди, вы не подскажите, на каком мы корабле? - мое обращение сильно напрягло Тима.
В ответ дамы кокетливо захихикали. Но я объяснила, что слова мои вполне серьезны.
- Милая, мы на «Титанике», - дружелюбно, но при этом как умалишенной, промолвила одна из женщин.
- Что?! – вопросила я у Тима.
Его лицо неприятно исказилось и в мгновение ока мы оказались в моей спальне.
- Что это было? – я была потрясена.
- Ты меня спрашиваешь? Между прочим, дату ты назвала. И уж прости, что ассоциировалось, то и вышло, - шепотом негодовал он.
- Мы должны вернуться обратно! Мы должны спасти их, - вопила я.
- Тише, - широкой ладонью заткнул мне рот, - их не спасти. Они встретились с айсбергом почти сто лет назад, а ты говоришь спасти.
Отдернула его руку от своих губ.
- Но мы же можем спасти их, - упрямо настаивала я.
- Нет, не можем, - сказал, как отрезал.
- С твоей способностью мы можем все, - упрямая, как баран.
- А ты не думала, что все те люди были на корабле не случайно? Ведь из них выживут только единицы. Испытания нужны…
- Но не такие же! – перебила.
- Согласен, но я ничего не могу…
- Как так случилось, что ты принадлежишь им? - я многозначительно посмотрела вверх.
- Хороший вопрос, но знаешь, у меня тоже вопросов хватает, - увильнул от темы.
- Какие же? – а я и купилась.
- Ну, вот тебе пример. На протяжение прошедшего месяца я наблюдаю за одним человеком, - активно помогал себе жестикуляцией, - как ты объяснишь, что ты выбираешь те же самые дни, которые и он?
- А что он такого делает в эти самые дни? – решила уточнить.
- Меняет историю. Спаси мы пассажиров «Титаника» кто знает, как бы потом все сложилось. А здесь один человек делает так, что молодая пара погибает, не успев родить на свет Божий человека, который мог стать отличным ученым.
- О ком ты говоришь?
- Ты возможно не помнишь, но была в Академии очень хорошая преподавательница по физике и астрономии. Помимо всего прочего она была немецким Профессором и Михаэль с Эйвери были под ее присмотром. В этой реальности она не родилась, по причине, которую я тебе уже объяснил.
- И это сделал какой-то человек – кто он? – я все еще была мощно поражена.
- Я не могу сказать. Не сейчас.
- Я все равно считаю, что мы могли… можем, - исправилась, - им помочь… - тихо пролепетала я.
- Боже, Эля! – взвыл парень, - сейчас мы говорим на разных языках.
Он вздохнул и собрал в охапку вещи, которые я нехотя стянула с себя.
- Куда ты деваешь всю эту одежду?
- Складываю в твой шкаф в Академии, - на автомате ответил он.
Я видела, что он готовился уйти, но этот раз отличался от предыдущих.
- Ты вернешься? – как-то вяло, обиженно и испуганно в один момент.
- Не знаю, - жестко бросил он и исчез.
Это было начало конца.
10
Обычно окружающим плевать на остальных. То есть не так. Нет. Не окружающим, а просто людям. Их не волнует никто, кроме них самих. Разве что мать может переживать за свое дитя да и то не понаслышке знаю, что не всякая мама способна на такие чувства и эмоции. Отчасти я тоже становлюсь такой – в этой неправильной реальности.
С того дня как Тим ушел – если так можно выразиться – прошла неделя. Все семь дней я не ходила в школу, я заболела. И не подумайте, я вовсе не симулировала. Просто во мне словно выключили что-то: я не ела, не спала, не меняла пижаму на другую одежду. Все, что я делала – бесцельно сидела в том самом кресле в углу у окна, что так любил Тим. Время от времени ко мне заглядывала бабуля, приносила пищу и воду, но я только пила – не потому что хотела пить, а потому, что нужно было поддерживать организм иначе бы моя старушка насильно впихивала в меня еду.
Мой взгляд устало лежал на подоконнике, а там за окном продолжалась жизнь. Прошедшую неделю я думала. Думала о многом и малом, разном, чужом, далеком и близком, родном… Никак не могла поверить, что все настолько изменилось, что теперь я чужая среди своих, но не своя среди чужих. Так как «чужих» здесь в принципе нет. Есть только я. Бабуля, родители, одноклассники, кто-то еще, быть может, целая планета. Каждый день кто-то умирает, а кто-то рождается, кто-то женится, а иные разводятся. А я сижу, как монумент, в кресле в углу у окна и думаю обо всем этом – ради чего стоит жить и какова конкретная цена.
На исходе дня жизнь и смерть сближаются сильнее, чем в любое другое время суток. Так день переходит в ночь, огонь в пепел, солнце заменяет луна. Вечный двигатель в действии, он никогда не остановится. Прогресс с регрессом будут продолжать идти рука об руку. Как говорится, ничто не стоит на месте. И мне нельзя.
Я встрепенулась, со смешанным выражением лица обвела комнату глазами, словно слепой стал зрячим. До этого я сидела в положении таком: прижатые к груди колени, обвитые кольцом рук. Но тут я очнулась и встала. Конечности слегка затекли и плохо слушались. Однако ближе к выходу из комнаты ноги окрепли, так что до зала, где шила бабуля, я дошла нормально.