Маков цвет

– Да штоб тебя!– отозвался пьяный и встал из лужи.

Рослый с бакенбардами ринулся на мужичка и занес уже здоровенный кулак, чтоб ударить по лицу. Антон окрикнул гиганта:

– Не надо! Не бейте его! Я оплачу его счет! – и тут же задумался каким образом? – отпустите его, не бейте.

Двухметровый отступил.

Антон несколько оробел, но в ту же секунду двухметровый обернулся к нему и его злоба переменилась на добродушие, елейным тоном он произнес: «Милости просим, уважаемый в питейное заведение «У Ивана», то бишь ко мне, проходите, коль хотите выпить»

Антон вошел внутрь, и хозяин резко закрыл дверь. Сквозь запыленные окошки во внутрь зала пробивался солнечный свет, за грязными столиками сидели посетители, многих из которых можно было назвать забулдыгами. Они прихлебывали вязкое дешевое пиво, оставляя липкие следы на грязных скатертях, некоторые цедили брагу или вино.

– Что будете пить? Семь копеек: в стельку, десять копеек до обморока! – заявил хозяин и широко улыбнулся.

– Мне бы пива, одну кружку, попробовать.

– Сейчас будет, а ты откуда такой разодетый? Сюрточок у тебя не наш.

– Был в Америке, приоделся по-тамошнему, – приврал Антон.

– В Америке? – протянул хозяин наливая из крана пенное пиво,– ну и как там? Говорят много золота нашли в этой Калифорнии?

– Да, золотая лихорадка уже заканчивается, но жил еще достаточно.

– Паровозы там ходят?

– Ходят.

– Эх ма! Пей! Та оплата пьяни на тебе теперь.

– Ладно,– сказал Антон, судорожно соображая как ему вывертеться.

Пиво было почти без газов – натуральное, сваренное по-старинке без углекислоты в баллонах, но в тоже время выпив полкружки, он ощутил приятное, теплое чувство в груди и голове.

– Что вы знаете об Аракчеевской Оксане? Не слыхали куда она могла пропасть?

– Слышал, что болела сильно и врач ее лечил, а потом и врач пропал. Сплетни всякие нехорошие ходят про это, что масоны могли их похитить, одни говорят, что скопцы.

– Черные скопцы?

– Они самые, чудики, эскулапа могли похитить и замучить, да и Оксану тоже, кто их знает. А может и абреки приложили к этому делу свои лапы, ради выкупа, но обыкновенно они сразу пишут письмо с суммой, а тут молчание. Аракчеев нет-нет зайдет поплакаться, серый стал лицом, жаль мне его. А ты чего интерес такой имеешь к этому делу?

– Я корреспондент газеты «Имперские ведомости»

– О! Так бы сразу и сказал.

– Да, что-нибудь еще известно об этом Аракчееве и враче?

– Ну купец сам то не чист на руку. Связался с этим архитектором, Курвуазье, он построил какой-то страшный тоннель в доме, это все слухи, но я верю, что Аракчеев как Оксана разбилась, на сделку с дьяволом пошел, мутная история. По началу веселый был и вот снова серый, угрюмый, сущий бес. Ты только про них хочешь у меня узнать? Курвуазье этот банк нам еще построил, а как построил так испарился, куда уехал никто не знает.