Пробник автора. Сборник рассказов
- Автор: Ворон Василий
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Пробник автора. Сборник рассказов». Краткое содержание книги:
– Ну-ко, птаха, – говорю. – Подожди здесь.
А сам в угол, за двустволкой. Патронташ с гвоздя сдернул, вделся головой, загоняю в стволы, не глядя, волчье угощение. Хотел было перекреститься, да руки заняты, так и вышел вон не по-людски.
Дверь открыл медленно, да еще от греха сбоку встал. Луна в темные сени влезла, светло стало. Шарю по двору глазами, а тут как жахнет слева, будто лопнуло что, громко очень. Тут же я и скумекал – бомба так шумит, ручная.
Ну, тут я ружье вскинул, из двери выскочил, стою, туда-сюда стволами вожу. А никого! Потом гляжу – а глаз у меня посейчас еще зоркий – труси́т кто-то в мою сторону. Не человек, меня тут не проведешь. Ага, Полкан, дуралей, цепью оборванной гремит. Подбежал, ткнулся мордой в ногу. Чую, трясет его. Ранен, может? Смотреть недосуг, я вдоль сруба налево же и двинулся. Скоро на первого и наткнулся. Лежит весь в кровище, да еще кишки из брюха виднеются. Дела! По всему видать, бомбой его и покрошили.
Ну а там я уже остальных скоренько нашел. Одного Полкан порвал. Горло в лоскуты. Вот так Полкан-трусишка! Тогда же наметил я ему кроля целого отдать, такому герою не жалко. Да и себя не забыть бы – на мои вилы третий молоде́ц насадился, будто нарочно целил. Четвертый и вовсе за плетнем лежал, холодный уже. Как кончили его, кто – не скажу. Не разобрал.
Стало быть, всех четверых (больше никого и не было) стащил к плетню, только по эту сторону, чтоб зверье не так смелело (люди все ж таки). Ближе не стал – чего Настёну пуще того пугать? Пусть до завтрева полежат. Им-то теперь что? А люди видать не добрые. По виду власовцы, а вот как так вышло, что они все на моем огородишке полегли – ума не приложу. Одно знаю: помирать буду, а ночку эту не забуду. Бог миловал. И меня, и птаху мою…
Вернулся в избу, Настёна так и кинулась. Ревет и все твердит «деда» да «деда». Я ее по головенке глажу, а рука трясется. Огляделся. Чайник позабытый на столе стоит, в печи угли жаром пышат, Милка на лавке лежит, голову подняла, на меня жмурится.
– Проснулась, дуреха! – смеюсь. – Всё проспала. Эх ты, пушистый хвост…
Тут и перекрестился на Спас в углу.
Алесь Вясёлка, бывший унтер-офицер Русской Освободительной Армии в составе Вермахта
…Когда сумерки стали густеть с каждой минутой, я спросил у него:
– Далеко еще?
Прохин вытер нос рукавом немецкой шинели, на которой все еще были видны кровавые брызги и ответил:
– Не. Тропка побойчей стала. Скоро уже. – Он перебросил ППШ с плеча на грудь и добавил: – Сторожка это, надо думать. Лесник живет.
– Опять с голодухи кору жрать! – подал сзади голос Скок. – Нет бы деревня какая!
– Завянь, – шикнул на него я. – Это еще как поглядеть. В деревнях сейчас не то, что раньше. А лесник отшельником сидит.
– Даже лучше, что лесник, – отозвался Прохин. – Силки видали? Его работа. Стало быть, лесовик умелый, с голодухи не пухнет. Зверя бьет, кормится. Свезло нам, братцы.
– А леснику твоему – нет! – гоготнул повеселевший Скок.
– Тихо! Бондарь где? – обернулся я к нему, и уже совсем из темноты донеслось:
– Тут я… Притомился малость.
– Не отставай, скоро отдохнем, – сказал я и в два-три шага догнал Прохина, но тут он остановился и тихо произнес:
– Дымом пахнет. Пришли.
Все сгрудились рядом, стало слышно лишь тяжелое дыхание Бондаря. Я дал знак, чтоб не шумели и обернулся к Прохину. Он показал, куда идти и мы двинулись.
Заимка была невелика. Есть захотелось и вовсе нестерпимо.
Залегли с подветренной стороны, стали осматриваться лучше.
– Чего ждем-то? – зашипел Скок, снова начиная злиться. – Будто партизан обкладываем…
– Заткнись, – стараясь сдержаться, вроде бы нехотя ответил я. – Подождем, посмотрим. Мало ли что. Время есть.
Скок что-то зло процедил сквозь щербатые зубы, но все же утих. Правильно, знай, кто командир.
Минут пять пролежали, не шелохнувшись. Стемнело окончательно и теперь я больше полагался на Прохина. Сибиряк, охотник. Ему в лесу и карты в руки, особенно если дело касается берлоги лесника.
Справа вздохнули: инвалид Бондарь заскучал и тихо сказал:
– И где-то нынче наши…
Слева громким злым шепотом отозвался Скок:
– Наши-то у тебя кто? Немцы или советские?
– Эх… – заворочался Бондарь, поняв свою ошибку, и примирительно сказал: – Все уже, поди, Германию топчут…
– Да тебе-то чего, полицай? – снова поддел Скок и тут Бондарь огрызнулся:
– Я тебе не полицай, ясно? Я теперь Матвей Бондарь!
– Ага, это ты комиссарам рассказывать будешь, – хихикнул Скок и я ткнул его в бок, чтоб замолчал.
– А сам-то? – уже завелся Бондарь. – Знамо, все под Власовым ходили…
– А ну, отставить собачиться! – шикнул я, на что Скок негромко протянул: