Русская жизнь-цитаты 21-30.09.2021

В театре (выборов) тепло и мягкий плюш | Colta.ru,"Демократия — театр манипуляций, эта система хорошо продается — но она дорогая и сложная, мало кто может себе ее позволить и еще меньше — кто умеет в нее играть. Мы — не можем и не умеем. Внутри нашей страны люди не верят государству — это и хорошо, и плохо: значит, люди умные, а государство не может повлиять даже на большинство (иначе зачем ночные махинации, зачем бить интеллигентного Р.?). И это плохо: государство должно уметь влиять на свое большинство — чтобы внутри не пучило, пока оно снаружи зализывает раны.  Тогда «демократия» работает: власть спокойна за будущее, люди — большинство — думают, что они участвуют. Чем мощнее государство, тем лучше оно внушает гражданам: да, вы участвуете! Вы — это мы! Патриотический экстаз. Это обаятельно и заразительно — как французы любят Францию, итальянцы — Италию, британцы — Британию, американцы — США. Сразу хочется вместе с ними любить их страну, да? Слиться с их большинством.  Ради этого — чтобы внутри не пучило, чтобы граждане сами обслуживали, начищая до блеска, систему, вкладывались в нее — и нужны дорогие постановки. Когда отдаешься, срастаешься и веришь — то уже любишь. Я — это мы, мы — это они.  А нам повезло не только с умными людьми, но и с ложей в театре — у нас царские места с кровавым плюшем, золотой бахромой и кисточками с детскую голову. Мы понимаем, что это спектакль, только у них он лучше поставлен, бывает, бюджет хороший и с режиссерами повезло. И они — счастливые — верят. Радостно ищут, к кому примкнуть, кому помочь стать большинством.  Но плюш и кисточки царских мест обходятся дорого, мы не можем себе такого позволить. Нам надо безусловнее верить, без триггеров. Отмените выборы — никто не заметит. Фейсбук покипит неделю — и все. Мы придумали «власть народа», которой нет нигде ни у кого, но оторваны от фактуры — на бочку безразличия у нас не ложка, а гомеопатический атом, несчастный, кричащий, не замечаемый.  Не мучайте совестливого Р., который пойдет на следующие выборы тоже. Полицейских, которые приезжают — и мнутся, не зная, чем заняться. Директрису детской библиотеки, которая запирается в кабинете с непогашенными бюллетенями, охраняемая «спортсменами». Меня, переживающую за друзей, и В., утратившую аппетит.  Пусть там делают что хотят — тратят деньги на любые аттракционы, но дайте нам бегать на солнце, задирая коленки, быть собой (есть запеканку) — не сгоняйте нас в большинство. Я — не мы, а мы — не они.  Я знаю, что Р. не понравится этот текст, а В. его не прочитает. Давайте поспорим — как мы это умеем, глаза в глаза, не соглашаясь, — но, если слушать нас, не зная русского языка, покажется, что мы обсуждаем книги или ужин.  Возможно (даже скорее всего, все-таки я лежу с температурой), это просто монолог усталого человека — не уставшего, именно усталого, уставший — это Р. на своем участке, я-то что. И я, конечно, не знаю, как «надо», — хотя те, кто грызет, рвет, шевелится, как будто знают. Они готовы поверить или уже верят, что большинство, мы — это хорошо, мы сможем. Мне бы очень хотелось поверить — но я не вижу никаких мы. Р. — мой друг, но мы почти ни на чем не сходимся, мы — не мы, у нас просто соседние места в ложе. И мне не очень нравится спектакль, но на улице плохая погода, а в театре тепло и мягкий плюш.",В театре (выборов) тепло и мягкий плюш | Colta.ru,https://www.colta.ru/articles/society/28358-anastasiya-semenovich-vybory-bespoleznaya-igrushka,2021-09-23 02:35:21 -0400