Служилые элиты Московского государства. Формирование, статус, интеграция. XV–XVI вв.
- Автор: Бенцианов Михаил Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф ООО
- ISBN: 978-5-227-09147-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Служилые элиты Московского государства. Формирование, статус, интеграция. XV–XVI вв.». Краткое содержание книги:
В фокусе исследования находится несколько значимых групп: «князья» (потомки местных и выезжих правящих династий), бывшие удельные «вассалы», а также прибывавшие в Москву иностранцы (в первую очередь выходцы из соседнего Великого княжества Литовского). Комплексное исследование дает возможность восстановить их роль и значение в политической жизни XV—XVI столетий, показывает особенности их статуса и механизмы интеграции в систему государевой службы.
Книга рассчитана на историков и читателей, интересующихся историей развития российской государственности.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
С другой стороны, по мере утраты надлежащего статуса (близости к персоне великого князя) и связи со своими «отчинами», потомки служилых князей могли опускаться на более низкую социальную ступень и сливаться с представителями местного боярства и другими прослойками служилых людей. Примеры «потери» княжеского титула встречались и на территории Великого княжества Литовского и, видимо, были обусловлены аналогичными причинами, хотя здесь эта тенденция и не была ярко представлена. Без титула, например, упоминались несколько раз в XIV в. князь Юрий Иванович Козушно, Григорий и Иван Несвижские (Несвицкие), а позднее Крошинские и Волконские[75].
Стоит отметить, что выделение служилых князей как особой группы прослеживается лишь в княжеских «докончаниях». В других делопроизводственных документах они не встречаются. Жалованные грамоты, начиная с 1440-х гг., при перечислении групп «ездоков», от постоя которых освобождались их обладатели, упоминают более широкий термин «князья».
Неразвитость статуса служилых князей в значительной степени была связана с общей немногочисленностью представителей этой категории. В первой половине – середине XV в. с учетом продолжающейся политики уменьшения числа титулованных лиц на службе у князей московского дома находилось всего несколько семей, представлявших местные княжеские фамилии. Среди них были князья Стародубские и Оболенские, а также некоторые князья-изгои, подобные Андрею Лугвице Суздальскому. Всего в соответствии с родословными книгами не более 10–15 человек.
В. Д. Назаров предположил, что уже в начале XV в. на положение служилых князей перешли князья Моложские. Это предположение кажется вполне вероятным, хотя сами представители этой ветви ярославских князей в первой половине века не проявили себя на великокняжеской службе. Их участие в битве у Суздаля в 1445 г. могло быть вызвано союзническими (в большей или меньшей степени), а не служебными отношениями[76]. В списке погибших в Белевской битве, произошедшей за несколько лет до указанного события (1437 г.), не было отмечено, несмотря на их достаточно высокую численность, представителей ярославского дома. Другие служилые князья определенно принимали в ней участие. Среди них были стародубские (князь Андрей Ряполовский) и оболенские (князь Федор Тарусский) князья, а также Петр Кузьминский и Кузьма Порховский, предполагаемые владения которых также находились в поволжских уездах[77].
Кроме того, Андрею Можайскому, владевшему Белозерьем, подчинялись белозерские князья. Представители старших ветвей этого рода – Юрий Белосельский и Давыд Кемский в конце XIV – начале XV в. несколько раз занимали посты белозерских наместников. Это, безусловно, способствовало легитимизации власти новой династии в глазах местного населения[78]. Иван Вадбольский и его брат Семен Андомский (запись в синодике, возможно, ошибочна[79]) погибли в той же битве у Суздаля в 1445 г. Здесь они оказались, видимо, в составе отряда Михаила Верейского, сына Андрея Можайского[80].
В Суходревской битве 1445 г. в литовский плен попал князь Иван Конинский (родственник тарусских князей), который, скорее всего, также служил Михаилу Верейскому.
Признавала власть Москвы и часть верховских князей. После смерти Василия Дмитриевича (1425 г.) большинство из них, однако, присягнуло на верность Витовту[81]. Это обстоятельство не помешало, впрочем, Василию Темному «вывести» белевских князей с их «отчины» после злополучной Белевской битвы.
Число князей при московском дворе постоянно пополнялось эмигрантами из Великого княжества Литовского, из которых, однако, лишь немногие надолго связывали свою судьбу с московским двором (князья Патрикеевы и Хованские, младшие сыновья И. С. Бабы Друцкого, Звенигородские). К числу потенциальных претендентов стоит добавить «князей» второго-третьего поколения (Фоминские, Всеволожи и Заболоцкие, Порховские, Галицкие), которые сохраняли остатки своего прежнего положения, хотя их авторитет постепенно сходил на нет. Остальные князья Северо-Восточной Руси сохраняли в большей или меньшей степени остатки независимого положения и выступали, скорее, в качестве союзников, договоры с которыми строились на традиционных началах. Редкие упоминания их имен в летописных рассказах показывают, что они были слабо связаны с великокняжеским двором, а также с дворами князей московского дома.
76
Назаров В. Д. Служилые князья… С. 190–192; Он же. О включении Ярославского княжения в состав Российского государства // Русь, Россия: Средневековье и Новое время. Вып. 4. 4-е чтения памяти Л. В. Милова. М., 2015. С. 53–54.