Рудл и Бурдл

глава тринадцатая

Снова Солнце

Профессор, напевая, рубил сучья для костра. Подкинув их в огонь, он растянулся на соломенном тюфячке среди камней и, глядя в море, принялся попивать молоко.

Месяц постепенно слабел, приближаясь к синим горам. Море светлело и восстанавливало свою голубизну. Профессора потянуло в сон.

Из-за камней было видно, как он долго ворочался, мешал угли в костре, затем накрылся одеялом и наконец захрапел.

— Храпит — значит спит, — констатировал Ворон.

— Нельзя оставлять его здесь, вдруг он простудится, — забеспокоился Рудл.

— Мы перенесем его в жилище и отправимся к лунарикам, — предложил Бурдл.

— Я заметил, что мыслительные способности у тебя приближаются к нашим, — из уст Ворона это была большая похвала.

Они с трудом отволокли спящего в хижину, подбросили дров в очаг и поспешили покинуть этот странный дом, ходивший ходуном от рулад, выводимых профессорским носом.

Ведра с молоком стояли около костра еще полные, ученый не успел начать варку сыра.

— Это заметно упрощает дело, — обрадовался Ворон, — я сейчас же лечу к лунарикам и напою их молоком. Надеюсь, вы составите мне компанию?

— Рудл! — ответил за двоих Рудл.

Ворон подхватил клювом ведра, а лапами друзей, и скоро они уже оказались в знакомом лесу, облюбованном лунариками под опочивальню.

Что тут началось. Видимо, молоко было более сильным магнитом, чем сыр. Гудящие толпы, атаковав ведра, погружали свои хоботки в любимую влагу, брызгались, толкали друг друга. Они были так возбуждены, что Бурдл и Рудл со страхом следили за пиршеством, опасаясь, как бы столь бурное веселье не отбило у лунариков желания вздремнуть.

Сомнения их скоро развеялись. Напившись молока, лунарики отяжелели и с трудом долетали до веток, где, прицепившись, тут же засыпали глубоким сном.

— Маки, смотрите, как действуют маки! — ликовал Ворон.

— Хочу сказочку! — донеслось сверху.

Месяц, высунувшись из гнезда, призывал свою большую сиделку.

— Успокойся, — оборвал его Ворон. — Сегодня отдыхай, до выхода на работу еще очень долго.