Под зелёным знаменем. Исламские радикалы в России и СНГ
- Автор: Ротарь Игорь
- Год: 2001
- Язык: русский
- Год: АИРО-ХХ
- ISBN: 5-88735-074-1
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Под зелёным знаменем. Исламские радикалы в России и СНГ». Краткое содержание книги:
Положение резко изменилось после ввода российских войск в 1994 г. Исламская доктрина оказалась наиболее пригодной идеологией для того, чтобы сплотить чеченцев в единую, противостоящую российским войскам силу. В чеченских отрядах сопротивления согласно законам шариата ввели наказание палками за провинность, большинство боевиков отказалось от употребления спиртного и стало с гордостью именовать себя моджахедами. После вывода российских войск из Чечни, когда республика, по выражению Аслана Масхадова, превратилась в «осаждённую крепость», становление исламского государства стало проходить здесь ещё более быстрыми темпами. Принятый новый уголовный кодекс Чечни-Ичкерии практически неотличим от аналогичного свода законов Судана, одного из наиболее ортодоксальных государств исламского мира. Указом президента Зелимхана Яндарбиева в школах в обязательном порядке были введены предметы «Законы ислама» и арабский язык (впрочем, из-за резкой нехватки преподавателей арабского языка ему учили лишь в немногих школах). Категорически была запрещена продажа спиртного, перестали функционировать светские суды, преступников стали судить по законам шариата. Ещё более быстрыми темпами исламизация стала осуществляться после избрания президентом Чечни Аслана Масхадова. Так же, как и в Иране, автобусы в Чечне были поделены на две «половины» — мужскую и женскую. Было запрещено показывать по телевидению или в кинотеатрах «сексуальные сцены». Иногда, дело доходило до курьёзов. Так однажды я смотрел в Грозном по телевизору футбольный матч, транслирующийся из Москвы. Когда футболисты забили гол и стали обниматься, то на экране немедленно появилась «заставка» — на чеченском телевидении сочли эту сцену недопустимой с точки зрения мусульманской морали.
Нечто подобное (насильственное насаждение ислама) уже происходило в XVTII и XIX вв. Первым на Северном Кавказе, кто использовал ислам как средство для сплочения горцев в борьбе с российскими колонизаторами, был шейх Мансур. И хотя он потерпел неудачу в попытке объединить дикие племена гор и лесов, он был первым, кто внушил им, что без реформированного исламского вероучения им не видать свободы и независимости, которыми они так дорожат {39}. В XIX в. дело шейха Мансура с блеском продолжил имам Шамиль. Он стремился придать войне с русскими войсками характер религиозного противостояния, так как только ислам мог сплотить сильно отличающиеся по обычаям, нередко враждующие друг с другом племена. Поэтому на подвластной ему территории Шамиль безжалостно наказывал за любые нарушения исламских канонов — за несовершение пяти молитв в день, за неотчисление закята (налога на имущество и доходы, предписываемого шариатом) полагалась смертная казнь.
Справедливости ради стоит отметить, что попытки Аслана Масхадова исламизировать Чечню были не слишком впечатляющими. В автобусах, несмотря на все распоряжения сверху, мужчины продолжали сидеть вместе с женщинами. Хотя продажа алкогольных напитков и была запрещена, повсюду продавался медицинский спирт (якобы предназначенный лишь для дезинфекции ран), однако покупатели использовали его отнюдь не как аптечное средство. В целом ситуация в какой-то мере напоминала коммунистические времена, когда люди, несмотря на усиленно насаждаемый сверху марксизм, продолжали жить своей, далёкой от коммунистической идеологии жизнью. Однако даже и такая исламизация давала свои плоды. По сути, ислам заменил прежнюю коммунистическую идеологию, и так же, как и она, хотя и не слишком эффективно, но всё же объединял общество.
Уже в начале 1997 г. многие западные политологи стали высказывать предположения, что гражданскую войну в республике могут спровоцировать в первую очередь не межтейповые, а внутриконфессио-нальные противоречия {40}. Однако Грозный долго старался делать вид, что религиозной проблемы в республике просто не существует. «Во время войны в Чечне к нам приезжали отряды добровольцев-ваххабитов из арабских стран. Эти отряды были очень хорошо вооружены и поэтому в них охотно шли и наши чеченцы. Многие из них приобщились к этому учению и стали пытаться учить и нас, утверждали, что мы искажаем ислам. Действительно, мы долго пытались не выносить сор из избы и утверждали, что проблемы “ваххабизма” в республике не существует. Мы пытались договориться с ваххабитами миром: “Пожалуйста, делайте, что хотите, но не навязывайте своих убеждений нам, не обвиняйте нас в ереси”. Увы, диалог не получился», — заявил в беседе с автором в 1998 г. тогдашний муфтий Чечни Ахмед Кадыров {41}. Причины, по которым Грозный не хотел ссориться с фундаменталистами, легко объяснимы. «Стоит признать, что во время войны с русскими войсками “ваххабиты” сражались мужественно, и поэтому завоевали уважение у части населения республики. Помнили об их заслугах и мы, и поэтому всеми силами пытались избежать конфликта. Мы прекрасно понимали, что любой наш внутренний раздор будет играть на руку Москве, которая мечтает стравить чеченцев, расколоть единый народ по тейповому, или религиозному признаку» — также говорил мне Ахмед Кадыров{42}. По утверждению Кадырова, «ваххабизм» стал особенно активно распространяться в Чечне в период, когда президентом Чечни был Зелимхан Яндарбиев. «Именно этот человек в первую очередь повинен в том, что “ваххабизм” так укрепился на чеченской земле!»{43}.