Царап-царап [litres с оптимизированной обложкой]

Я должна бежать отсюда.

Я выбралась из кровати, споткнулась о свой рюкзак и с грохотом упала на деревянный пол. Мой копчик пронзила боль, и я с трудом дотащилась до тумбочки. Я принялась ощупью искать выключатель на лампе. Кажется, я кричала, потому что снова началось царапанье, и на этот раз оно было очень громким. Таким громким, что я заткнула уши и свернулась клубочком на полу. Дурное предчувствие, впервые посетившее меня в автобусе, снова вернулось ко мне. Чего-то не хватает. Чего-то не хватает.

Чего-то не хватает.

Дверь распахнулась, и комнату залил свет из прихожей. Но это был не мальчик из автобуса, а мама.

– Клэр! Что случилось? Ты в порядке?

Я так сильно дрожала, что едва могла ответить.

Я села и слабо пискнула «да».

Трещины на потолке снова стали нормальными – всего лишь тонкие прожилки в краске. Царапанье прекратилось.

Мама в ужасе смотрела на меня. Её глаза были испуганы и широко раскрыты. Волосы были всклокочены.

– Милая, поговори со мной. Тебе приснился плохой сон?

Если бы это был всего лишь плохой сон. Но что-то мне подсказывало, что это не так. Я покачала головой и вытерла слёзы. Внутри стены царапалась не мышь. Сэм не пытался меня напугать. И это было не моё воображение.

Это был мальчик из автобуса.

Эта мысль проникла в мой мозг, ещё сильнее меня напугав. Она была совершенно не логичной, и оттого казалась более страшной. У меня не было никаких доказательств того, что мальчик из автобуса имел отношение к случившемуся.

Ведь правда?

Я вспомнила, как впервые увидела мальчика. Хотя с него капала вода, на нём была странная одежда и он выглядел больным, кажется, никто в автобусе не замечал его. Женщина, которая сидела напротив, вела себя так, как будто его там не было! Он не пытался общаться ни с кем, кроме меня. Если бы он потерялся, то разве не обратился бы за помощью к взрослым? Всё это никак не складывалось.

Если только…

Если только маленький мальчик вовсе не потерялся. Мой мозг принялся анализировать немногочисленные известные мне факты, как будто я только что завершила научный эксперимент. Одна гипотеза всегда казалась вероятнее остальных. К сожалению, в этом случае гипотеза была одной из самых нелепых. И одной из самых страшных.

– Клэр? – повторила мама.

Я снова вернулась к реальности.

– Прости. Я услышала какие-то странные звуки. И испугалась.

Мама обеспокоенно наморщила лоб.

– Какие звуки?

– Царапанье, – ответила я. – И кто-то дёргал ручку двери.

Мама посмотрела на окно. Ветер хлестал по стеклу веткой огромного дуба. Она была похожа на кривой коготь, мечущийся в темноте.

– Сегодня ветрено. Кажется, будет гроза. Наверное, ты услышала, как дребезжит стекло, милая.

Мама помогла мне подняться и обняла меня. Я знала, что мне это уже не нужно. Ведь я уже в седьмом классе. И всё-таки… В душе затаилось какое-то ужасное чувство.