Положение духовного сословия в церковной публицистике середины XIX века [litres]

26 мая 1869 г. законодательно был сделан важнейший шаг к преодолению сословной замкнутости духовенства[103]. Не отнимая привилегий у детей духовенства, им дали новые права и свободы. Теперь дети духовенства перестали принадлежать к духовному званию лично, то есть, пользуясь льготами отцов, они не разделяли с ними их обязанностей. У детей духовенства и причетников появилось право выбирать по своему желанию военную или гражданскую службу, а также заниматься торговлей, промышленностью и любой деятельностью, позволенной гражданам их состояния. Гражданское состояние детей духовного звания также было изменено, дети священников и диаконов получили права детей личных дворян, а дети дьячков – детей почетных граждан. Обучающимся в учреждениях Церкви, но не являвшимся членами причта, разрешено было не испрашивать благословения на брак. Сословное происхождение невесты теперь не играло никакой роли даже для тех, кто уже находился в причте.

31 октября 1872 г. священники, за усердное служение на одной должности в течение 12 лет, получили право быть награжденными орденом св. Анны III степени[104]. Несмотря на то, что желание духовенства иметь возможность представления к ордену св. Владимира IV степени удовлетворено не было, все же имели место исключения, и священников удостаивали столь высокой награды[105].

Важным и в то же время одним из частично удавшихся преобразований можно назвать реформу духовных учебных заведений. Семинарии и духовные училища находились в удручающем материальном, интеллектуальном и духовно-нравственном состоянии[106]. В духовных школах зачастую царил произвол, взяточничество и свирепые наказания. В 1858 г. Александр II лично посетил несколько семинарий[107] и засвидетельствовал их плачевное состояние. Однако перемен пришлось ждать несколько лет: семинарское образование было реформировано в 1867 г., а академическое – в 1869 г. Для проведения реформы обер-прокурор подготовил проект «Положения об Учебном Комитете при св. Синоде», которое вместе с уставами от 14 мая 1867 г.[108] было лично утверждено Александром II и начало действовать. Важным пунктом нового семинарского устава стал пересмотр методики преподавания, которая в предшествующие периоды сводилась к механическому зазубриванию. Кроме того, началось издание новых учебников и пособий.