Южная Аравия без султанов

ЛАБИРИНТЫ ШИБАМА

Струи песка, гонимые сильным ветром, быстро заносили накатанную дорогу. Наконец колея совсем кончилась и автомобиль помчался прямо по песчаной равнине. Мелкий песок, словно вода, веером разлетался из-под колес, но машина, почти не снижая скорости, несла нас вперед, ловко объезжая зыбкие барханы.

Медленно и утомительно тянулось время. Удушливый зной, пыль, равномерное гудение мотора. А за окном все та же протянувшаяся на десятки миль желтая раскаленная пустыня, с торчащими из песка черными скалами. Казалось, ничто не могло нарушить этого однообразия.

Неожиданно с вершины одной из песчаных гряд перед нами открылось поистине фантастическое зрелище. Будто прямо из песка посреди пустыни вырос удивительный восточный город с многоэтажными зданиями.

Шибам действительно необыкновенный город. В отличие от других арабских городов он растет не вширь, а ввысь. Издали он напоминает выросшую из песка гигантскую квадратную глыбу, состоящую из сотен почти сросшихся между собой, устремленных к голубому небу домов с щелевидными окнами.

Многие здания имеют по восемь-десять этажей. И хотя эти йеменские небоскребы значительно уступают по своим размерам гигантам Нью-Йорка и построены не из стекла и бетона, а из необожженного кирпича, тем не менее здесь, в аравийской пустыне, они производят внушительное впечатление. Не говоря уже о том, что Шибам существовал за многие сотни лет до того, как возник Нью-Йорк.

Шибам огорожен стеной, но зато весь наружный ряд домов имеет как бы один общий массивный фасад, представляющий непреодолимую преграду для каждого, кто попытался бы силой проникнуть в город. Окна первых домов начинаются лишь на уровне третьего этажа. Для въезда в город имеется несколько ворот.

Въехав, мы уже через несколько метров вынуждены были остановиться и продолжать путь пешком. Улицы Шибама настолько узки, что не только машина, но даже повозка, запряженная ослом, не может по ним проехать. Нам пришлось ходить по городу лишь гуськом. Встречным с трудом удается разминуться. Мы чувствовали себя так, словно оказались на дне глубочайшего ущелья, куда солнце заглядывает всего лишь на несколько минут, когда проходит через зенит.

Пыльные улицы днем безлюдны. Лишь в открытых харчевнях на грубых деревянных стульях степенно сидит несколько стариков. Они не спеша потягивают крепкий чай из маленьких чашек или лениво сосут мундштук кальяна.

В лабиринтах Шибама не растет ни одного деревца, ни одного кустика. В сплетении узких, пересекающихся и неожиданно поворачивающих улиц и переулков легко заблудиться. Поэтому, добравшись до первой же небольшой, заваленной мусором площади, мы решили вернуться. К тому же нас повсюду преследовал какой-то неприятный запах. Казалось, земля под ногами и стены испускали это зловоние. Да, впрочем, так оно и было на самом деле. Разгадка оказалась несложной. Еще в начале пути мы обратили внимание на торчащие из стен над нашими головами какие-то желоба и трубы. Как оказалось, это были стоки нечистот. Система канализации сохранилась здесь в своем первозданном виде с древних времен. Мы решили не испытывать судьбу и поскорее вернуться к машине.

Откуда-то из глубины глиняного чрева города донесся протяжный призыв муэдзина, приглашающего мусульман на молитву. За одним из поворотов мы увидели мечеть. Она совершенно терялась среди окружавших ее громадных зданий. Очевидно, она была воздвигнута очень давно, когда город еще только начинал строиться, и в то время, вероятно, считалась довольно внушительным сооружением. Но теперь она казалась карликом среди столпившихся вокруг нее многоэтажных гигантов.