Коська (СИ)

- Доброе утро, - Лекс рывком вытянул руки к Коське и, схватив, притянул к себе. - Как спалось?

- Доброе, - он был напряжен и старался отодвинуться. - Я не помню, как уснул. Как я в кровати оказался?

- Молча. Этой ночью по квартире бродило сонное чудо, оставив меня без желанного совместного ужина и не менее желанного секса. Ты прелестно краснеешь, но этого мало. Если и дальше будешь так ерзать, то поймешь почему.

Коська и так уже понял, трудно было не почувствовать утренний стояк, прижавшегося к нему тела.

Поднявшись с постели Лекс затащил Коську в ванную, посмеявшись над его смущением от предложения поссать вместе. Усмехнувшись, мол, ты же не девочка так стесняться, но сжалился и отпустил в душ. Отлив сам зашел в душевую кабинку к парню и вздрогнул от окатившей его весьма прохладной воды. Тот мылся, водил мыльной губкой по стройному телу, по ногам, жестко, быстро, ничуть не похоже на соблазняющие поглаживания. Он именно мылся. Но у него стояло. В отличие от Лекса, причина стояка была вовсе не в полном мочевом пузыре, а подрочить парень постеснялся, понадеявшись на холодный душ.

Это заводило. Лекс повернул кран, отрегулировав температуру воды до нормальной, развернул к себе Коську и его же рукой принялся себя намыливать. Тот понял, что от него требуется и сам продолжил водить мочалкой по его плечам, избегая смотреть в лицо.

Тем временем Лекс, придвинувшись ближе, протянул руки и медленно погладил Коськин стояк. Коська вздрогнул и отшатнулся.

- Боишься?

- Н-нет…

- Тогда не прыгай, поскользнешься еще, не дай Бог.

Лекс шагнул к нему и зажал между стенкой кабинки и своим телом. Повел ладонями по его плечам и ниже, к предплечьям, к ладоням. Вынул из подрагивающих пальцев мочалку и уже ею, оставляя на теле душистую пену, повел рукой вверх к шее. Обхватил её и, потянув на себя, склонился к влажным от воды губам. Мягко поцеловав, отстранился и вернул мочалку вниз, к паху, просунув между телами.

- Тш-ш… Все хорошо, малыш. Привыкай к моему телу рядом. Я не страшный, правда ведь? - ухмыльнулся и поймал глазами испуганный взгляд.

Свободной рукой соединил и прижал друг к другу два возбужденных члена, свой более крупный и темный, с выпуклыми венками, сужающийся к головке и Коськин, с ярко выраженной головкой-грибочком, гладкий, ровненький и красивый, как и его хозяин. Сунув на полочку мочалку, он подхватил освободившейся рукой Коськину безвольную ладошку и тоже прижал к месту их единения. И вот так, в три руки, начал медленное движение, чувствуя членом горячую плоть и Коськины пальцы.

- Расслабься и помоги нам, - шепотом, чтоб не спугнуть. - Покажи, как тебе нравится.

Прижатая к их стволам рука послушно ожила и, сжав пальцы, стала двигаться сама, быстро, немного рвано, сладко в своем проявлении доверия.

Коська закусил нижнюю губу и уткнулся лбом в плечо любовника. И уже через пару минут жалобно вскрикнул и кончил.

Лекс прижал к себе расслабленное тельце, умиляясь юношеской скорострельностью. Ему этого было мало и, зажатой их телами ладошкой, Коська должен был это чувствовать.

Чуть отдышавшись, зомбик поднял лицо к Лексу и сам полез целоваться, чтобы оторвавшись через пару секунд от его губ, твердо спросить:

- А тебе как надо?

- А как можешь?

- Никак не умею. Научи.

И вдруг резко подался вниз, встав на колени, и ткнулся губами в гордо смотрящее вверх мужское достоинство, все еще сжатое собственной рукой. Поднял взгляд вверх, вопросительно посмотрев на Лекса. Брызги воды попадали ему на лицо, и он беззащитно жмурился, смаргивая теплую водопроводную воду. А Лексу вдруг подумалось, что, пожалуй, неплохо было бы, просыпаясь по утрам, кормить мальчишку минетом. Перед работой, в теплой постели, а потом кофе и душ. Надо только приучить этого котенка. И сам же себя поправил - не приучить, а приручить. Не приучать, а чтобы сам захотел, сам сделал, вот как сейчас… От глупых мыслей отвлекло ощущение двинувшихся на плоти пальцев и голос:

- Как правильно?

По Коськиному лицу текла вода, капая с носа и заливая глаза, но он продолжал выжидательно смотреть вверх. И Лекс отвернул в сторону душ и положил руку ему на макушку.

- Нет никакого “правильно”, просто ласкай, Кось. Языком, губами, рукой. Да, так. Обхвати губами, втяни в себя и двигай головой, не забывай про зубы. Рукой погладь яйца, угу, и дальше за ними погладь промежность. Сильнее, надави немного. Да…

Лекс откинулся на стенку кабинки и слегка двигал рукой, зарывшейся в мокрые темные волосы, задавая желанный ритм.

- Не выпуская изо рта, погладь меня языком… Сильнее сожми губами, чтобы воздух не проходил, всоси меня, так чтобы во рту образовался вакуум и двигайся… Да-а… Глубже, теперь поднимись, снова глубже, а теперь не расслабляя губ, соскочи с члена… Да, бля!.. Да-а!.. Молоде-ец…

Коська послушно выполнял указания. Ни о каком глубоком минете и речи не шло, он и так постоянно давился, но он старался, и Лексу было хорошо. А через некоторое время стало еще лучше и, отдышавшись, он осознал, что со всей силы вцепился рукой в волосы мальчишке, а тот молча терпел. Конечно молча, он же так и не выпустил из губ его член, зажмурившись и судорожными движениями пытаясь проглотить содержимое, заполнившее рот.