Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Мои слова произвели впечатление разорвавшейся бомбы, и это меня крайне обрадовало. Пусть теперь кто-нибудь другой разряжает атмосферу.

Ну, теперь, понятно, выход Стефана. Он отлип от косяка и шагнул вперед.

— Святая правда, человек сам себя не знает, — произнес он, покаянно вздыхая. — Добрый день. Наверное, это портреты так действуют, истинный ценитель прекрасного пола обязательно должен посетить Хиллерёд. Рекомендую от всей души!

Немая сцена закончилась, все зашевелились, Эльжбета, Олаф и Алиция вернулись в норму, даже Мажена отсоединилась от холодильника.

— Кому что налить? Кофе, пиво, чай? Люблю подавать напитки…

Олаф не преминул продемонстрировать свои успехи в польском языке:

— Вымеем безмолоко! Пыво, пыво, пыво!

— Тогда прошу в салон, здесь мы все не поместимся…

Радушное приглашение хозяйки оказалось, однако, прервано не слишком членораздельным замечанием.

— Мог бы уж, наконец, определиться с молоком… Так себе эти бычки, я думал, у них лучше…

Я взглянула в глубину кухни, откуда донесся голос, и окаменела. Окаменели, надо сказать, все, причем на разных фазах движения, одни, садясь за стол, Эльжбета, наоборот, вставая. Я не поверила своим глазам, но, кажется, начала понимать слабость Алиции к Мариану.

Забившись в самый дальний угол кухни, наш прожорливый Мариан, по кличке «Черная дыра», сидел на высокой табуретке и уписывал бычков за обе щеки так, что за ушами трещало. Орудовал он то ложкой, то вилкой, то неизвестно где раздобытым куском черствой горбушки, мужественно преодолевая возникшие трудности, ибо банка была вскрыта всего на какую-то треть и извлекать содержимое было совсем нелегко. Механическая открывалка висела на противоположной стене, и несчастный живоглот не мог до нее дотянуться, не попав в поле зрения Мажены. Как и чем ему удалось раскроить эту танковую броню, осталось загадкой.

Первой очухалась Мажена и в отчаянии простонала:

— Я же так хорошо их спрятала! Под солью! В углу! Туда никто не лазит…

Тоже мне тайник! Для Мариана это не проблема, особенно когда он голоден! Как настоящая свинья, я даже на минутку обрадовалась, что это случилось не у меня дома, но тут же прониклась сочувствием к Алиции. Вот незадача, что же ей теперь делать?

Подруга, как всегда, оказалась на высоте.

— Прошу меня извинить, — обратилась она к Буцким. — Мариан, ты отдаешь себе отчет, чьи консервы ты лопаешь?