Пьесы

Неужели невозможно Так сделать, чтоб лишь муж владел женой, Чтобы она, как прочая скотина, Одно лишь стойло знала? Это трудно, Ох, трудно, господа, бог весть как трудно! Что за созвездье в небесах царило[254] — Пес, Овен иль Медведица, когда, Ума решась, женился я вторично На этом смерче, все перевернувшем? Иль мало крови первый брак мне стоил (Ведь мне казалось, я им сыт по горло!), Что не зарекся я жениться вновь? Или меня покойная супруга Любить не отучила? Иль скупилась На оскорбленья? Иль не постаралась Из сердца моего всю нежность выбить? Иль не был ежедневно завтрак мой Отборной, изощренною и звонкой, Как колокол линкольнский,[255] бранью сдобрен? Или в обед я ел не то же блюдо? Или прошел хоть вечер без того, Чтоб хамом и паскудой мы друг друга Не обозвали для пищеваренья? Или хоть раз тех радостей убогих, Которых так безумно алчут люди, Вкусил я без того, чтоб на нее Сперва оскалить по-собачьи зубы? Но вот создатель, сжалясь надо мной, Прибрал мою змею. И что ж я сделал? Вновь черта взялся укрощать. Ох, сердце! Как ноет! Нужно что-то предпринять. Не умереть ли мне, да покрасивей, Чтоб осрамить ее навек? Я болен, Я, может быть, умру, но с ней сочтусь.