Электронная книга - «Взгляд василиска (СИ)». Краткое содержание книги:
Очень старая поговорка вдруг всплыла в голове мужчины:
«Враг моего врага — мой друг».
Пока неясно, что заставило вампиров напасть на мракоборцев. Росс рассказывал о мести только ему, Марволо, за попытку набросить поводок. Что им сделали мракоборцы — загадка, покрытая мраком. Или у них совсем застарелые счёты, или же вампиры просто желают убрать всех волшебников. Что слишком уж амбициозно, даже для них.
Этот вопрос Марволо решит позже. Сперва нужно зачистить гнездо. А перед этим заглянуть к Лестрейнджам. Проверить, как себя чувствуют Гарри, Белла, и каковы прогнозы у Рудольфуса, на которого наслали проклятья. Лишать себя важных фигур, которыми являлись Лестрейнджи, он никому бы не позволил. Что уж говорить о потере своего маленького василиска. Это была его первая серьёзная битва, и первая слежка за вампиром, который выдал важную информацию о снятии проклятья, и потому малыш был так сильно измучен. Об этом Марволо успел узнать у Северуса.
Также зельевар рассказал о способе снять проклятье с Рудольфуса, и то, к чему пришлось прибегнуть Беллатрикс. Просьба прибыть не кому-то, а Рабастану — отчаянный шаг, не иначе.
Единственный, кто не пожелал примкнуть из семейства Лестрейнджей к Марволо, был именно он. И то, что Рабастан вскоре убрался из Британии — спасло ему жизнь. Марволо помнил то время, когда хотел отыскать его и убить. Теперь же, он был рад, что не сделал этого. Лестрейнджи останутся с ним в изначальном составе, и будут всё так же преданно служить.
Если признаваться самому себе — Марволо привык к ним за много лет. Не просто видеть подле себя. Его интересовала не только их жизнь, но и благополучие. Раньше таких мыслей он за собой не замечал.
Влияло ли на него невольное родство?
Пожалуй, ответ будет положительным.
Появление Гарри сделало их всех ближе друг к другу. Они стали… семьёй. Очень специфической, но всё-таки семьёй. А ведь он долгие десятилетия открещивался от этого понятия. Не хотел связывать себя с кем-либо. Но всё же связал. И не жалеет об этом.
========== Рудольфус и Рабастан ==========
Белла не покидала спальню. Не могла оставить супруга, который после снятия проклятья продолжал оставаться без сознания. Наутро, когда к ней заглянул Рабастан, она узнала, что они с Гарри установили новую защиту на дом, что не позволит никому живому и мёртвому пройти. Повелитель позаботился о своих. Теперь никакие вампиры им не страшны. Эта новость, несомненно, являлась хорошей.
Когда у Рудольфуса задрожали веки, будто готовясь вот-вот открыться, Белла сжала его руку. Впервые за долгое время она стала ощущать его тепло, и тиски на сердце начали понемногу расслабляться.
— Я здесь. Я здесь, Руди.
Пытаясь хоть что-то ответить на зов любимой женщины, Лестрейндж захрипел и тут же скривился. В горле стояла невыносимая сухость, да и свет резал глаза, он не мог сфокусировать никак взгляд на супруге, которая была с ним рядом. Он мог лишь слышать её голос… чувствовать тепло и нежность её рук.
— Хочешь пить? — спросила Белла, тут же берясь за стакан воды, стоящий рядом. Одна рука пронырливо приподняла голову, а вторая приставила к губам стакан. — Вот. Давай, родной.
Вода никогда ещё не была для мужчины так вкусна. Настоящий живительный источник. Без преувеличений, с каждым глотком ему становилось лучше. Немного пролилось по причине его неаккуратности, слишком жадно пил, но было плевать.
— Белла… — в голосе слышалась хрипотца, но дискомфорт прошёл, а это главное. Рудольфус потянул её за руку к себе, — склонись, милая. Загороди собой свет, чтобы я мог взглянуть на тебя.
Каскад пышных каштановых волос осыпался на плечи мужчины, когда ведьма приблизилась. Карие глаза оглядывали его лицо с облегчением и пока не полностью унявшимся беспокойством.
— Как ты? — Белла нежно огладила небритые щёки.
— Теперь хорошо, — с улыбкой мальчишки, Рудольфус наконец смог посмотреть на жену без страха ослепнуть от яркого света. Прекрасна, как и всегда, с морщинками у глаз, немного бледной кожей, нахмуренными бровями от беспокойства. — Я понял, что меня прокляли, но как именно — не ясно. Сколько я пролежал без сознания?
— Вампирская кровавая муть, — проворчала женщина. Её совершенно не волновало, какое проклятие было наложено на мужа. Главное, что сейчас оно снято и он пошёл на поправку. — Ты пролежал два дня.
— Вот же зараза… — тихо выругался Рудольфус, стирая светлую улыбку, что отразилась на лице, и положил вдруг руки на талию ведьмы, — ты переживала за меня?
— Безумно, — Белла опустилась до шепота и показала ничем незамутнённое облегчение. Самообладание возвращалось, и она могла, наконец, сбросить с себя груз страха. В глазах даже появилась хитринка. — Когда ты будешь в состоянии, я тебя выпорю за то, что заставил меня переживать. Слышишь меня?
— Сжалься, моя госпожа, — вернул себе улыбку Рудольфус, и руки его поползли куда пониже. Почувствовал себя, хитрый пёс, куда лучше. — Я заслужил каплю ласки.
— Будет тебе ласка, — вновь тихо ответила ведьма и склонилась ещё ниже, целуя влажные губы супруга. Тепло разлилось по венам сгоняя последние остатки волнений, страха, и переживаний. Муж очнулся и теперь у них всё наладится.
— Ох ты ж, — послышался мужской голос со стороны двери, — я, кажется, невовремя.
— Рабастан? — ошарашенно спросил Рудольфус, увидев брата, когда супруга отстранилась. И пусть прошло много лет с тех пор, как они не виделись, он всё равно узнал младшенького. — Какими судьбами?
— С возвращением в мир живых, — поприветствовал уже лично своего брата Рабастан и рискнул-таки зайти в спальню. — Я здесь, потому что ты был при смерти.
— Неужто за меня испугался? — хмыкнул Рудольфус и осторожно сел, преодолевая в себе зверскую слабость. И безумно радовался отсутствию какой-либо боли.
— Ты живучий, как таракан. Белл-с испугалась, вот и связалась со мной.
В особой пугливости жена никогда не бывала замеченной. Рудольфус понял, что дела совсем паршиво складывались. Иначе бы она не стала звать Рабастана, с которым разорвала все связи и на которого безумно злилась. Впрочем, сейчас Белла воспринимала деверя нормально. Ни кричала, ни смотрела на него с ненавистью. Возможно, ещё не все потеряно… Они смогут хотя бы пообщаться.
— Ну что, Рабсти, выпьем за встречу? — спросил Рудольфус, как только прервал яркий поток своих мыслей, на что Белла закатила глаза. Но возражать, к удивлению, не стала.
— А ты осилишь? Все-таки очнулся недавно, ослабший после проклятья.
— Этот осилит, — фыркнула ведьма, до сих пор помнившая, как Рудольфус приговорил бутылку огневиски в одиночку. — Но я бы не советовала, Руди. В самом деле. Лучше бы поел.
— Не хочу. Слабость…
По-хорошему, он хотел в душ. Но вставать совершенно не хотелось. Слишком сильно давил на плечи упадок сил.
— Поешь, балда. Ты ведь истощен. Но перед этим лучше помыться.
— В этом ты прав, — ответил Рудольфус, но с кровати так и не встал. Его мучила слабость, а просить свою жену отвести в ванную — считал признаком слабоволия. Ирония: после душа к нему должны вернуться силы, но сил дойти до него — не было. — Дрянь…
— Белл-с, — обратился к ведьме Рабастан, — я помогу этому доходяге, а ты спускайся. Малой вроде как покушать приготовил.
— Сам ты доходяга, хитрый бес, — усмехнулся Рудольфус, берясь за протянутую руку брата и с трудом поднимаясь. Боли не было, но противное чувство, будто разучился двигаться в вертикальном положении, не покидало.
Со слабой улыбкой Беллатрикс наблюдала за дурачеством взрослых мужчин и, скомандовав домовику приготовить ванну, ушла вскоре на кухню. Поесть и правда нужно. Им всем. А стоило ей уйти — весёлый настрой поубавился. В её присутствии братья вели себя так, будто не было несколько лет разлуки. Рабастан придерживал старшего, перекинув одну его руку себе через шею, и тот тяжело переставлял ватные ноги, одну за другой, передвигаясь едва ли не по несколько сантиметров. Сознание оставалось ясным, боль всё ещё отсутствовала, и вроде бы с каждым метром удавалось шагать чуть бодрее.