В шаге от пропасти

— Правда, не могу, пациент сложный.

Ей даже не пришлось обманывать. Громов хоть и шел на поправку, но все еще нуждался в постоянном наблюдении.

— Ну ладно, — примирительно произнес Петр, уже привыкший к отказам. Даже когда они были женаты, между ним и больницей она всегда выбирала последнее. — Тогда давай завтра в кафе? Отсыпной ведь, — предложил он альтернативный вариант. Как ему казалось, не менее интересный.

— Петь, я очень устала. Хочу завтра выспаться, — честно призналась Таня, пытаясь выкрутиться из щекотливой ситуации. Не хотелось обижать резким ответом, но и давать ложную надежду она не собиралась.

— Тань, ну я соскучился по тебе.

Куликов шел напролом, не замечая никакие преграды на своем пути. Слишком был зациклен на результате, во что бы то ни стало вознамерился заполучить желаемое.

— Петь, не начинай…

— Тань…

Он наконец осмелел и подошел ближе.

— Не надо.

— Я люблю тебя, — выпалил, не задумываясь, и взял Таню за руки. Будто осознавал, что это последний шанс, и пошел ва-банк.

— Не трогай меня.

Ей были неприятны его прикосновения, но больше всего возмущала наглость, с которой он действовал. Вроде бы, решили остаться в хороших отношениях, однако сейчас Куликова начинала жалеть об этом. Такие ситуация возникали неоднократно, и каждый раз она четко давала понять, что попытки вернуть прошлое — напрасны. Только Петр этого не слышал, не мог смириться.

Таня отдернула руки, а он лишь крепче прижал ее к себе.

— Петь, перестань! Ты слышишь, что я тебе говорю? Не трогай меня! Отпусти!

Дымов, уже несколько минут стоявший у приоткрытой двери, наконец не выдержал и зашел в кабинет. Ревность, как спичка, вспыхнула мгновенно. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Никому и никогда он не позволил бы трогать свою женщину. А Таню, вопреки всему, по-прежнему считал своей.

— Ты че, баран? Отпусти ее, — предупредил сурово, но достаточно сдержанно.

— Тебе чего здесь надо? Дверь закрой с той стороны, — ответил Петя, удерживая Таню в стальных объятиях.

Дымов молча подошел, отстранил его за плечо и, не медля ни секунды, ударил по лицу.

— Стас! — на автомате крикнула Куликова, пытаясь его остановить. Как он здесь оказался, даже подумать не успела.

— Ты че, больной? Ты мне нос сломал! — возмутился Куликов, прижимая ладонь к месту удара. Разумеется, он преувеличил масштабы бедствия — ни крови, ни видимых повреждений не было.

— Если ты сейчас отсюда не свалишь, я тебе еще что-нибудь сломаю, — пообещал Стас и снова сжал руку в кулак.

Таня не вмешивалась в их разборки, но не могла спокойно наблюдать за происходящем. Знала, что Дымов намного сильнее, однако не бросилась защищать Петю. Не смогла переступить через себя.

— Да пошел ты!

Куликов злобно оскалился и замахнулся, чтобы ответить, но Стас ловко увернулся и нанес очередной удар. На этот раз — под дых.

— Дымов, прекрати! — Таня остановила его за плечо. Быть свидетельницей этой драки не было ни малейшего желания.

— Вон пошел, и чтоб я тебя рядом с ней больше не видел.