Будда
- Автор: Сенкевич Александр Николаевич
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия, 2017. — 476[4] с.: ил.
- ISBN: 978-5-235-03981-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Будда». Краткое содержание книги:
Перед читателями биография «исторического» Будды Шакьямуни. Автор книги известный индолог и писатель положил в основу своего повествования буддийские источники и труды зарубежных и российских востоковедов. Это издание — результат многочисленных поездок ученого и писателя в страны буддийской культуры и будет интересно всем, кто хочет узнать не только биографию «исторического» Будды, но мечтал бы расширить свои представления о культуре, эпосе и верованиях Индии.
Все еще крепко спали в доме Сиддхартхи Гаутамы. Ночь словно предоставляла его домочадцам как можно больше времени, чтобы набраться сил и пережить обрушившееся на них горе — его непонятное бегство. Казалось, они впали в забытье, темноту и молчание которого изредка нарушали мгновенные всплески ликующего света, идущего от неведомых источников, и чарующие, шепотные звуки оживающих предметов, стоявших в их спальне. Его жена Яшодха-ра, как все спящие люди, удалилась на время от обычного человеческого существования. В ее безмятежном и добром сне возвращалось к ней лучшее и радостное, что она увидела и пережила до этой ночи.
Как рассказывает предание, боги посреди ночи разбудили спавшего глубоким сном Сиддхартху. Он, словно лунатик, пошатываясь, вошел в ту часть дворца, где спали его многочисленные наложницы.
Каково ему было увидеть этих молодых женщин в их сонном непотребстве! Они хаотично разметались на коврах в огромной спальне, словно поверженное войско, частью перебитое, а частью умирающее. А лучше сказать, словно выброшенные на берег рыбы с открытыми и полуоткрытыми ртами. Стоны и бессвязные фразы, которые они бормотали, повторялись, как эхо, опять и опять во всех закоулках его сознания. Останься он среди этих танцовщиц и певуний чуть дольше — и скрежет их зубов и храп разорвали бы ему череп. Отвращение к этим, как ему казалось еще вчера, грациозным и музыкальным созданиям заставило его резко развернуться и выбежать из спальни, внешне напоминающей чертоги бога Индры, захваченные демоницами[255].
Теперь он решил бесповоротно — бежать! Его ждали в конюшне любимый, уже взнузданный белоснежный конь Кантхака и верный возничий Чанна.
Напоследок Сиддхартха решил взглянуть на новорожденного сына. Он тихо проскользнул, как чужой, в свою опочивальню. Стоило ему открыть дверь и переступить порог, как сквозняком задуло масляный светильник. Он увидел на широком ложе Яшодхару, освещенную мертвенным лунным светом. Она лежала на боку, повернувшись лицом к окну и спиной к двери. Его жена безмятежно спала, возложив ладонь на головку младенца и частично закрыв его собой. Сиддхартхе не удалось увидеть лица сына. Боясь разбудить жену, он вздохнул и так же бесшумно удалился.
Чанна уже вывел из конюшни его коня и пошел за своим.
Они галопом неслись на юго-восток. После перехода вброд реки пришло время расставаться. Перед долгой разлукой он и Чанна чуть-чуть посидели на опушке леса. Сиддхартха обрезал лезвием короткого меча волосы, чтобы никто не смог определить его вар ну, взглянул на возничего, которого знал еще ребенком, передал ему свой меч и сказал: «Не думай, что я ушел из дома и нарушил долг кшатрия, чтобы стать вольной птицей. Вовсе не затем я покинул семью, свою жену и сына». Он взглянул на Чанну живыми, пытливыми глазами и продолжил: «Ты, конечно, знаешь, что к отшельникам мы, шакьи, относимся хуже, чем к чандалам. Они для нас как гиены — едят без разбора, что дадут или что найдут. Но ты же видишь, как несчастны все люди, как все моментально меняется и всегда — к худшему. Люди болеют, стареют и умирают. Неужели смысл жизни в обреченности всего и вся? Отшельники размышляют о зле, из-за которого мир становится трухлявым, как вот этот пень. Они пытаются понять, откуда берется это зло?»
И Сиддхартха, встав, изо всех сил ударил ногой пень, на котором сидел возничий. Чанна едва успел приподняться перед тем, как пень под ним вдруг развалился на части.
Они расставались друг с другом с большой печалью. Сиддхартха, Чанна и конь Кантхака.
Не знаю, в какой мере Сиддхартха осознавал неотвратимые последствия своего разрыва с семьей. Как отнесется к его поступку отец, он понимал — никогда его не простит. Для Шуддходаны он превратился в паривраджака (палийский вариант: париббаджак), бездельника и словоблуда, тратящего в бесплодных скитаниях свою жизнь. Отец, если смотреть правде в глаза, был близок ему по крови, но чужд по той линии жизни, которую он для себя избрал.
По отношению к жене его уход из дома был незаслуженным оскорблением. Ему, надо полагать, не хотелось думать о ее чувствах. Лучше было не представлять, как, проснувшись и узнав, что он покинул ее и новорожденного сына, она зайдется в рыданиях и бросится в объятия Паджапати. Ведь его Яшодхара была благоразумной и заботливой женой. Она, несомненно, любила его и, как могла, берегла от дурных людей. Он утешался, впрочем, тем, что теперь свою назойливую привязчивость она сосредоточит на малютке Рахуле. Может быть, он вправду совершил что-то скверное, сошел с пути добродетели, когда тайком, наспех собравшись, под покровом ночи сел на коня — только его и видели!
255
Пишель Р. Будда, его жизнь и учение. М., 1911. С. 29.