Весь Эркюль Пуаро. Том 2 [компиляция]

– Боже мой – простонал Тим, лицо его стало землистым, измученные молящие глаза искали взгляда Пуаро.

Тот невозмутимо продолжал:

– Но вас заметила Луиза Бурже. На следующий день она начала шантажировать вас, требуя огромных денег и угрожая вас выдать. Поддаться шантажу – это конец, и вы соглашаетесь, но лишь для вида. Вы уславливаетесь о встрече и перед обедом являетесь к ней в каюту с деньгами. В тот момент, когда она пересчитывает купюры, вы убиваете ее ножом. Но вам не повезло и на этот раз. Снова вас застали на месте преступления, – он обернулся к Розали.

– На сей раз это была ваша мать. Опять вам пришлось действовать – рискованно, отчаянно, но другого выхода не было. Пеннингтон упомянул при вас о револьвере. Вы бросаетесь в его каюту, хватаете револьвер, прислушиваетесь к разговору в каюте Бесснера и стреляете в мадам Оттерборн как раз в тот момент, когда она была готова произнести ваше имя.

– Нет! – с плачем выкрикнула Розали.

– Этого не было! Этого не было!

– Потом вы бросаетесь к корме, огибаете ее и спешите ко мне навстречу. Револьвер вы держали в перчатках. Эти самые перчатки вы потом вручили мне…

– Клянусь богом, все это не правда.

– Но его голос, дрожащий и неуверенный, никого не убедил.

И тут-то Розали удивила всех присутствующих.

– Разумеется, все это не правда, и мсье Пуаро прекрасно это знает. Наверное, у него есть какие-то свои соображения, раз он вздумал вас напугать…

– Мадемуазель умница… Но, признайтесь, чем не обвинение?

– Какого черта, – начал Тим со злостью, но Пуаро поднял руку.

– Против вас, мсье Аллертон, можно возбудить дело по обвинению в убийстве. Я хотел, чтобы вы это осознали. А теперь я сообщу вам нечто более приятное. Я еще не осматривал ваши четки. Возможно, в них и нет ничего и, поскольку мадемуазель Оттерборн по-прежнему отрицает, что видела вас на палубе, тем лучше, значит, никакого обвинения против вас нет. Жемчуг украла клептоманка, его уже вернули. Он лежит в маленькой коробочке на столе у двери, пожалуйста, взгляните, мадемуазель.

Тим встал, не в силах произнести ни слова. Но когда он снова обрел дар речи, вряд ли ему удалось выразить то, что хотелось. Однако Пуаро был вполне удовлетворен.

– Спасибо, – сказал Тим.

– Я оправдаю вашу доброту.

Он открыл дверь и пропустил вперед девушку; потом взял со столика коробку и последовал за ней. На палубе он открыл коробку и закинул далеко в Нил нитку поддельного жемчуга.

– Вот и все! – сказал он.

– Когда я верну коробку Пуаро, там будет настоящий жемчуг. Ну и дурак же я!

– Как это все началось? – тихо спросила Розали.