Доминирующий вид

– Ты злишься? – спросила она виновато, и вместе с тем озорно улыбаясь, присаживаясь на подлокотник моего кресла. Я молчал в ответ, не глядя на неё, хотя и был очень счастлив, что она вернулась. К этому обычному чувству примешивалось ещё одно, чувство вины за то что я рылся в её вещах, за то что позволил себе поддаться гневу. Что если она разозлится настолько, что уйдёт от меня? Я поднял голову и посмотрел на неё, глаза Кати блестели, она смотрела на меня с такой нежностью, в такие минуты мне начинало казаться, что она тоже меня любит. Она наклонилась и поцеловала меня, её губы были горячими и нежными, теперь стоило ей поцеловать меня и у меня сразу «вставал».

– Пойдём? – она потащила меня в другую комнату, где стоял наш разложенный диван. Мне нравилось когда она была сверху и Катя, конечно, знала об этом. Её груди задорно подпрыгивали, соски встали торчком, она прижала мои руки к своей груди, она всё время меняла ритм, то насаживалась глубоко, то приподнималась, так что я почти выходил из неё и покачивалась из стороны в сторону. Она стонала и кусала губы, я что-то говорил ей, кажется, что люблю её, когда она начинала так двигаться я уже не мог долго сдерживаться. Неожиданно она приподнялась, взяла мой член рукой и направила себе в другое отверстие.

– Катя! Что ты делаешь? – спросил я задыхаясь.

– Ты не хочешь, так? – глаза её блестели, капельки пота выступили на лбу.

– Хочу, но тебе будет больно! – прошептал я.

– Ничего, я плохая девочка! Меня нужно наказать! Ох! Это действительно больно!

– Катя!

Она зажала мне рот своей маленькой рукой. Она была там чертовски узкая. Похоже, она была там девственницей, и осознание этого взорвало мне мозг. Она двигалась медленно, запустив руку себе между бедёр и лаская себя спереди. Я был готов кончить в любой момент, рот Кати приоткрылся, на лбу вздулась крупная синяя вена. Я впервые увидел, как она кончает, она хрипела, как животное, содрогалась всем телом и она была так прекрасна в это мгновение. Я осторожно снял её со своего члена. Она сползла ко мне и прижалась, всё ещё вздрагивая время от времени.