Доминирующий вид

– Я тебе уже говорила, что ты должен охранять меня! – добавила она капризно надув губы.

– Ты отлично знаешь, что это невозможно! – он поцеловал её в лоб, который Катя ему подставила, и повернулся, чтобы уйти. По всей видимости, отношения у них были очень близкие, я тем более не мог понять, почему он позволяет ей заниматься проституцией.

– Я тебя провожу! – проговорил я, поспешно устремляясь за ним. Не став дожидаться лифта Пашка зашагал вниз по лестнице, перешагивая через три ступеньки, так быстро, что я едва поспевал за ним.

– Как твоя работа? – спросил он неожиданно.

– Да так. Как обычно, – отвечал я на автомате.

– Ну, так что ты мне хотел сказать? Не просто так же увязался за мной, – добавил он с усмешкой. Теперь он казался мне таким взрослым, между нами была, как будто целая пропасть и мне стало неудобно говорить ему то, что я собирался сказать. К счастью Пашка сам пришёл мне на помощь.

– Хочешь спросить, как я допускаю, то, что она проституткой работает? – его вопрос был именно тем, что я собирался задать, но не решился.

– Это не твоё дело! Не советую тебе лезть во всё это! Я понимаю, что до неё у тебя никого не было, но ты всё же должен думать не своим членом, а мозгами! К тому же она совсем не такая, какой тебе кажется! Ты ничего о ней не знаешь!

Я невольно задохнулся от возмущения и невольно остановился. Мне хотелось ответить ему что-нибудь обидное, но ничего в голову не приходило, а он был уже где-то далеко внизу.

– Ты сволочь! – прошептал я, но думаю, что он меня не услышал. Внизу хлопнула входная дверь, я некоторое время потоптался на месте и тяжело вздохнув начал подниматься обратно к своей квартире. Где-то в глубине души я понимал, что Пашка прав, но смириться с этим всё равно не мог. Когда я вернулся в квартиру, я увидел, Кристину, то есть Катю, в шортиках и короткой маячке, она сидела с ногами на кресле из моих наушников гремела какая-то тяжёлая музыка, Катя раскачивалась в такт, в руках у неё была книга, я не разглядел какая. Я полюбовался на неё некоторое время. Всё выглядело так, как будто у меня теперь есть настоящая девушка. Не став её тревожить я прошёл на кухню, вся посуда была вымыта и аккуратно расставлена по местам. Когда она только успела? Я тяжело опустился на стул и задумался о том, что мне теперь делать. И чем больше я думал, тем тяжелее мне становилось.

*************

Надо сказать, что где-то в глубине души я всегда знал, что так и будет. Шлюху невозможно переделать, она, такая как есть. Сам я отлично понимал, что влюбился в неё просто потому, что она моя первая девушка и ещё потому, что она была немного добра ко мне. Раньше мне никогда не нравился такой тип. Кроме того, характер у неё был тоже не сахар. Если она по какой-либо причине обижалась на меня, то переставала со мной разговаривать. Катя меня просто игнорировала, я как будто переставал существовать для неё. Меня это ужасно злило, я вспоминал, что вообще-то говоря, это моя квартира, и я могу запросто выставить её на улицу. Справедливости ради надо сказать, что я ни разу даже не рискнул намекнуть ей на это. Если вдуматься, то Катя отлично понимала, какую власть она надо мной получила и немного странно, что она ей не пользовалась. Если ей нужны были деньги, она всегда спрашивала у меня и никогда не брала без спросу. Я проверял. Да и на эти деньги она почти ничего себе не покупала. Я подозревал, что у неё есть парень, какой-нибудь наркоман и мои деньги она отдаёт ему. Спросить её об этом я не решался. Она часто отсутствовала, когда я приходил с работы. Возвращалась посреди ночи, пахла духами и алкоголем, весёлая. В такие моменты она была необыкновенно ласкова со мной и в ответ на мои претензии, смеясь тащила меня в постель. Не скрою, это были одни из лучших моментов, а я был слишком неопытен, чтобы понять трахалась ли она сегодня ещё с кем-нибудь. Если приходя с работы, я заставал её дома, то был счастлив, хотя именно в такие моменты она могла быть в подавленном и мрачном состоянии, могла обидеться на какую-нибудь мелочь и перестать меня замечать. Но всё же я был горд, что у меня теперь есть девушка. По правде говоря, она была в некоторых отношениях почти совершенна. Кожа её была нежной и гладкой, как у ребёнка, губы по-детски припухлые, взгляд всегда такой наивный и чертовски милый. Если мы, что впрочем, случалось очень редко, ходили куда-нибудь вместе, мужчины оборачивались ей вслед, несмотря на то, что она не обладала какими-то выдающимися формами. Но Катя была гармонично сложена, всё у неё было на своих местах и такое, как надо. Она могла выпить иногда, но никогда не курила и даже если она была не трезвой, от неё никогда не пахло неприятно. Странно, что тогда это меня не навело меня ни на какие мысли. Пашка больше не появлялся и я не спрашивал Катю о нём, просто боялся, наверное. Тогда нас задержали на работе, и вернулся поздно, едва зайдя в свою квартиру, я сразу же понял, что Катя ещё не вернулась. У меня опять заболело где-то посередине грудной клетки. Не раздеваясь, я сел в кресло, в котором она любила сидеть, свернувшись клубком, словно большая кошка. Мне было необыкновенно тоскливо. Не знаю, что на меня нашло, но я начал, обыскивать всю квартиру, копаясь во всех ящиках подряд. Не знаю, что я рассчитывал найти. Мои усилия увенчались успехом. Этого следовало ожидать, её поведение всегда казалось мне странным время от времени. Нет ничего удивительного, что проститутка оказалась наркоманкой. Передо мной на столе стояли ампулы с какой-то красной маслянистой жидкостью и две ампулы с похожей, но синего цвета. Я посмотрел на часы, был уже почти час ночи, злость внутри меня просто бушевала. Я собрал все её ампулы, побежал в туалет и вылили их все в унитаз, испытывая садистское удовольствие, глядя на красные разводы оставшиеся на стенках унитаза. Я еле-еле успел сделать это до её прихода. Она пришла весёлая, как всегда в таких случаях.