Великая волшебница, вернувшаяся триста лет спустя

— Не забывайся!

— Тогда и вы не забывайте, что вы наставник по магии, а не куратор по физическому развитию.

— Я проверяю твои способности, чтобы составить программу обучения.

— О, — на этот раз я позволила себе насмешливость, хотя понимала, что с текущей внешностью любые эмоциональные проявления слишком похожи на кокетство. — И к каким выводам вы пришли?

Тень задумчивости промелькнула на лице Курро, он осмотрел меня внимательнее, больше концентрируясь на руках и ногах. Неужели, наконец, сообразил, что моя выносливость явно выше уровня «бездарность»?

— Ты неплохо развита физически, хотя внешне этого не скажешь. Но для женщин выносливость не удивительна, — выдал Курро, похоже, решив игнорировать признаки, не соответствующие его изначальным представлениям обо мне.

Я уже утомилась перед ним плясать, и вообще ужин скоро, Синеглазку проведать надо. Понимаю, Курро привык, что девицы перед ним стелятся, но…

— Раз ты принесла свой красивенький меч, сейчас мы проведём спарринг, — заявил Курро. — И если ты не расплачешься и не убежишь, я проверю, что ты там умеешь в магии со своими убогими способностями.

Между нами повисло молчание. Этот самовлюблённый идиот даже руку к мечу не потянул, лишь смотрел на меня с ухмылкой.

Глядя на него исподлобья, я опустила носик сапога в песок, а затем резко вскинула, чётким движением отправляя горсть песка в лицо Курро.

Семь лет в академии для такого молодого мужчины, не проходившего школу войны — это слишком долгий период расслабленности. Курро отшатнулся и схватился за лицо, моргая. Я с разворота влепила ему усиленной и ускоренной ногой в живот, дёрнула за воротник и, поймав его голову в замок, игнорируя боль от покрывших его тело разрядов тока, ударила его лицом об колено.

Отскочила, встряхивая саднящие руки. Курро рухнул на четвереньки и застонал, поливая песок кровью из разбитого носа. Голубые разряды миниатюрных молний бились на его руках и вдоль спины.

Похоже, от боли он не мог сосредоточиться и достать меня разрядом или слишком растерялся для этого. Настороженная, я деликатно ждала, когда он оклемается.

Курро вправил нос, отдышался и поднялся. Делая это, а потом отряхиваясь, на меня он не смотрел. Я следила за каждым его движением и маной вокруг, готовая отскочить или контратаковать в любой момент.

Ещё раз пощупав опухающий нос и осторожно протерев с верхней губы кровь, Курро оглянулся на меня:

— Это было нечестно!

— Гонять меня по полигону вместо занятий тоже нечестно, — отозвалась я. Помедлила и уточнила: — Вы всё ещё хотите спарринг?

— Это было нечестно, — повторил он.

— Нечестно для занятия магией устраивать мне трёхчасовую проверку физических возможностей, когда за это отвечает куратор, и вы вполне могли осведомиться о результатах моих тренировок и выносливости у него. Мне просто нужна консультация. Хотите ещё один спарринг — хорошо, давайте.

— Ты называешь то, что было, спаррингом? — почти воскликнул Курро.

— А что это было? — удивилась я.

— Подлый удар, такие ни к чему не приведут.