Последняя ночь моей убогой жизни

– ХВАТИТ! ВЫ ЕГО УБЬЁТЕ!!! – во всё горло кричала Эля.

– ПРЕКРАТИТЕ! – хныкала и требовала того же Сара.

Крики девушек сумели задержать удары на долю секунды, и Хэнк сразу же подумал о том, чтобы дематериализоваться. Теперь пинки проходили сквозь него и, улыбаясь своим потрясённым мучителям, Хэнк показал им средний палец.

Тут я услышал приближающиеся быстрым темпом громкие шаги, за чем последовал очередной глухой звук, который было не с чем не спутать – удар кулаком по чьей-то роже.

Я, наконец, сумел открыть глаза.

Один из друзей Орхана лежал рядом с Хэнком и держался за лицо, а над ними возвышался мой массивный друг. Впервые Хабиль вызвал во мне страх из-за своего грозного внешнего вида, ибо за всё время нашей дружбы я никогда не видел его настолько озверевшим.

Лежавший на полу Хэнк удлинил ногу и ещё раз ударил упавшего друга Орхана по лицу, а Хабиль от души наподдал второму, напоминавшего дохлого школьника в сравнении с габаритами Хабиля. После встречи с ЛаФлёром, Хабиль был значительно сильнее даже немаленького Орхана и уж точно куда крупнее этих двух. Я бы даже орку не посоветовал с ним связываться, а тут против него выступал обычный чувак, выражение лица которого отчётливо передавало осознание того, что он попутал берега.

Не заметив то, что вытворил с первым чуваком Хэнк, Хабиль быстро вырубил второго несколькими грандиозными ударами в челюсть и нос, после чего отпустил его майку, и тело парня плюхнулось на пол, словно тяжёлой пакет с продуктами. Следом мой товарищ попытался отдышаться и ещё некоторое время крайне озлобленно разглядывал лежавших на полу чуваков.

– Двое… на… одного… да ещё и лежачего бить… суки, – выплюнул Хабиль. Обернувшись, он взял Сару за руку и поднял с такой лёгкостью, словно она была небольшой сумочкой.

Тем временем Эля уже занималась мной и Софией, лежавшей неподалёку.

– Малик! Ты как? – спросила она.

– Быало и лутсе, – я старался присесть и поднять голову вверх, чтобы кровь из носа перестала течь мне в рот.

– Сейчас принесу лёд, – сказала Эля строго, но всё же с долькой паники в голосе, оставленной адреналином в её крови, и побежала на кухню.

Я сумел проползти до Софии и помог ей присесть, облокотив девушку о стену. Все мы стонали и чувствовали себя так, словно нас избило движение бешеных феминисток за то, что мы попросили их сделать нам сэндвичи.

Хэнк уже сидел, прислонившись к дивану и курил сигарету, нахально стряхивая пепел прямо на лакированный паркет.

– Хабиль! – встревоженная до предела Сара стояла над бессознательным Орханом. – Помоги поднять его!