Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]

Нарастание напряжения в отношениях Катара с одной стороны, Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта с другой, ускорилось 24 мая, спустя 2 дня после окончания антитеррористического саммита в Эр-Рияде, в котором участвовал и эмир Тамим. Правительственное агентство Qatar News Agency опубликовало его высказывания об Иране, названном им «стабилизирующей силой в регионе, которую нельзя игнорировать и которой неразумно противостоять». Эти высказывания начали охотно цитировать оппоненты Тамима, несмотря на протесты Дохи, утверждавшей, что сайт агентства подвергся атаке хакеров и эти заявления являются фейковой новостью, в распространении которой обвиняли сначала Москву, а затем Абу-Даби.

Основанием для этой внезапной эскалации напряженности явился выкуп, выплаченный в середине апреля Катаром за освобождение 26 заложников, среди которых было несколько представителей правящей династии. Они были захвачены в декабре 2015 года на юге Ирака местной «Хизбаллой» во время охоты на дрофу, весьма популярного развлечения у бедуинской аристократии, обожающей соколиную охоту. По данным «The New York Times», эмират мог заплатить около пятидесяти миллионов долларов боевикам «Хайат тахрир аш-Шам» (ранее «Фронт ан-Нусра») и их союзникам-салафитам из бригады «Ахрар аш-Шам», плюс астрономические суммы похитителям-шиитам и многочисленным посредникам.

Вливание в войну в Леванте около миллиарда долларов, которым воспользовались экстремисты в обоих лагерях, повлекло со стороны Саудовской Аравии и ОАЭ обвинения в «финансировании терроризма» Дохой. Что касается похитителей, они вымогали эту колоссальную сумму, прежде всего, с целью обеспечения эвакуации в зону, контролируемую сирийской правительственной армией, жителей двух шиитских поселений, Фуа и Кефрайя. Эвакуация обеспечивалась путем подкупа осаждавших эти деревни с апреля 2015 года джихадистских группировок, руководимых «Фронтом ан-Нусра». Такого рода взаиморасчет, в свою очередь, позволял переселить в «зону деэскалации» население двух мятежных суннитских городков недалеко от Дамаска, окруженных бригадами ополченцев, верных режиму. Эти городки, Мадайа и Эз-Забадани, расположенные в Антиливане, послужили, по сути, разменной монетой для снятия осады с обоих шиитских поселений.