Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Можно попробовать потрясти теперь и Чарли, — добавила она. — Он на днях пригласил меня на свидание.

Пытаясь сохранить на лице равнодушие, Гарри молчал. Эти ужимки, неуверенные взгляды, сопротивление и неуклюжий флирт, пикировки — она всё сыграла? На деле Гермиона Грейнджер заинтересовалась и Роном, и Чарли Уизли не больше, чем самим Гарри? Но как же ловко она всё обтяпала, и ведь он поверил каждому её слову и жесту… На мгновение Гарри искренне восхитился ею, а потом ему стало не по себе.

— Да, займись Чарли.

— Это от Чжоу Чанг и Патил, — указала Гермиона на последние документы. — Все эти суммы прошли легально как оплата услуг.

— Открой отдельный счёт в каком-нибудь маленьком банке и положи туда эти пятьдесят тысяч, — внезапно велел Гарри, протягивая ей бумаги назад.

Спонтанная мысль создать личный резерв показалась Гарри привлекательной. Ему принадлежало наследство Поттеров, но большая его часть была вложена в акции и трастовый фонд. До его совершеннолетия средствами распоряжались Дурсли, поэтому Гарри не мог снимать даже проценты, а когда ему исполнилось восемнадцать, он уже был повязан кодексом чести. Дядя постепенно доверил ему управление крупными суммами — от наследства больше ничего не зависело. Гарри не думал о нём, так как стал получать на своей работе баснословные по меркам начинающего жить юнца доходы. Ему не нужно было приобретать особняков, машин или самолётов — этого было достаточно внутри их организации. Гарри пару раз задумывался о том, что ему зачастую не на что потратить свои миллионы. Выросший на открытом морском побережье, он дорожил воздухом и не любил лишних вещей. Коллекционеры вызывали у него недоумение. Злосчастная скрипка за четырнадцать миллионов потрясла его настолько, что он до сих пор разглядывал окружающих, пытаясь примериться, кто же готов был заплатить за неё такую сумму и почему. В его понимании отличный инструмент должен был оказаться в руках лучшего исполнителя так же, как он сам первым делом отдал бы хорошее оружие отменному стрелку. У Гарри были удивительные представления об имуществе. Он не мог потерпеть, что украли принадлежавшее ему барахло, но с лёгкостью расстался с дорогим инструментом добровольно. Меньше всего Гарри желал устраивать из своего дома музей или склад. Это был человек, который не мог питаться вещами, как это умеют антиквары. Ценность денег для Гарри заключалась в их движении. Обернуть капиталы дважды, трижды, четырежды, снова и снова вкладывать в оборот прибыль — вот к чему он стремился. Он вовсе не видел денег там, где не было живого дохода, — в накоплениях или дорогостоящих вещах. Вещи были смертными, а денежный оборот — вечным.