Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Ничего, ничего. Это такое старческое брюзжание по поводу того, чего мы были лишены и чего уже никогда не будет. Теперь другие времена, но по-своему интересные…

— Тусовки и дискотеки — совсем не то, что настоящие балы, — горячо поддержала я Аню. — Молодежь этого не ценит, а когда оценит, поздно будет жалеть. Так ей и надо. А вообще-то я подзабыла, как танцевать менуэт, посему можем вернуться к Кларе.

Витек и Наталка потеряли терпение одновременно.

— А уж как ты переживала, что Клара пропала, вот, пожалуйста, обнаружилась… — это съязвил Витек.

— Кто-нибудь мне скажет, кто же такой этот тип? Не может быть, чтобы никто не знал! — это сказала Наталка.

— Обнаружилась весьма эффектно…

— Я только Скочигая знаю, это не он!

— Конрад, ты знаешь?

Конрад выглядел и потрясенным, и в то же время каким-то жутко довольным.

— Лясковский, — презрительно произнес он. — Если до настоящего времени я еще мог надеяться, что он не законченный кретин, то теперь уже надежды нет. И очень хорошо.

Что же тут хорошего — никто не вникал. Как обычно, Ане удалось восстановить относительный порядок, хотя декоративных пробок здесь не было, но на столе лежали старинные щипцы для сахара, наверное, серебряные, потому как издавали весьма мелодичный звон.

— Из-за чего же они подрались?

— Не они! — запротестовала Кася. — Я все видела с самого начала, только потом камеру схватила. Он спокойно себя вел, обычный гость, а она как-то нервно металась, пила вино, ходила туда-сюда с бокалом и что-то ему говорила. Он пытался отвечать, она перебивала. Это она все начала, ну, а дальше вы сами видели.

— Так что же из этого следует? — хотела знать Наталка. — Вы с ними со всеми знакомы, а я нет. В чем тут дело — любовь и измена или бизнес?

— Если бы не урка Стемпень, я бы сказал, что это одна банда, — отозвался молчавший до сей поры Павел. — Похоже на то. Сведения о людях с деньгами, не всегда честными, от Вжосяк, от Клары, от Лясковской, у нее приятельниц как собак нерезаных..

— И ножки короткие… — вырвалось у меня.

— Что?

— Ничего. Не обращай внимания. Это от портнихи.

Павел обалдело глянул на меня, но тут же подхватил.

— Может, и от портнихи. Выбирают с умом, ведут дело по-честному, жертва… — Тут он встал со стула и отвесил низкий поклон Касе, которая была так потрясена этим жестом, что тоже приподнялась и сделала книксен, — возвращается в целости и сохранности, надежность и доверие, все довольны. Вот только с какого боку тут Лохмачи и чистильщики?

— И уши, — добавил от себя Витек.

— И мертвые дети! — воскликнула Наталка.

— Вот и получается, что вроде все сходится, а с другой стороны — совсем наоборот…