![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
того, он предлагал мне при моем ближайшем посещении цен
тра устроить негласную встречу с иностранным корреспон
дентом, с тем чтобы в печать капиталистических стран просо
чилась информация об истинном положении в наших лагерях,
о судьбе лжеученых, о тройках и количестве заключенных.
Как человек, патриот и старый чекист, считаю передачу по
добной информации предательством светлых идеалов, за ко
торые боролись наши отцы и боремся мы. Письмо написано не
моим почерком, ибо у КЛ/17 есть сообщники в министерстве.
Чтобы у вас не осталось сомнений, кто писал письмо, сооб
щаю свой шифр: П-21/18. P.S. Письмо пойдет сложным путем.
Мой человек отбудет к месту назначения завтра. Он проверен
и предан нашему делу. С коммунистическим приветом —
П-21/18». Записка, написанная тем же почерком, приоткрыва
ла тайну писем. «Игорь Николаевич! Пишу вам вторую запис
ку. Боюсь, что первую вы не получили. Время очень мало и
мы можем опоздать. Меня заставили написать три письма.
Одно, якобы, маме. В нем я пишу, что вы двоюродный
брат хозяина. В двух других, оба слово в слово, донос на
какого-то КЛ/17, написанный от имени П-21/18. Кто они такие
— понятия не имею, но буквы и цифры запомнил хорошо.
По-моему, они что-то хотят с вами сделать. От Алеши узнал,
что сегодня ночью идет этап. Из землянки заберут Риту, Еле
ну Артемьевну, Любовь Антоновну. Куда повезут, не знаю. Но
конвой отбирают такой, у которых на счету много убитых
заключенных при попытке к побегу. Если сможете что сде
лать, то сделайте. Поговорите с Васильевой. Ее два раза брали
на вахту мыть полы и майор уводил ее за зону. О чем он с ней
разговаривал, Алеша не знает. Я боюсь за себя. Мне сказали,
что Клаву убили по приказу хозяина. Я сказал, что убью хо
зяина, а мне ответили: «Дадим оружие, убивай. Потом расска
жешь за что. Больше двадцати пяти тебе не дадут, потому что
хозяин — враг народа, его все равно разоблачат». Хозяин
282
должен приехать завтра, а меня почему-то посадили в карцер.
Боюсь, что и хозяину ничего не сделаю и меня убьют. Майор
говорил, что вы и хозяин двоюродные братья. Если это прав
да, помогите мне. Больше писать мне не к кому». Орлов глубо
ко задумался. Он внимательно еще раз прочитал донос в центр
и, развернув последний лист бумаги, убедился, что это копия
доноса. «Почему дублировано письмо в центр? Какая цель
одно и то же писать два раза? Хотя... Осмотрю еще раз. По
нятно... Полковник неосторожен... Спрошу Зотова... Призна
ется? Тут еще много следует выяснить. Имея такие грозные
документы против меня, и вдруг явился. С какой целью? Уж
не из чувства же преданности. Скорее всего боялся, что мой
сексот опередит его. О каком этапе Седугин предупреждает
Игоря? Мне об этом никто не докладывал. Чья-то самодеятель
ность... Трудно распутать... Мало времени... Прежде всего дре
зина. И узнать, во сколько отбывает в глубинку поезд...» Орлов
потянулся к телефону. Зотов испуганно и умоляюще взглянул
на него. Хозяин пренебрежительно махнул рукой — не о тебе
речь — и нетерпеливо дунул в трубку. — Спят, мерзавцы...
Алло... Да, это я. Во сколько отходит поезд в глубинку? В три
десять? Приготовьте мою дрезину. Срочно! Если к трем часам
я не успею выехать, отход поезда задержать. О задержке со
общите на станцию за десять минут до отхода. О моем звонке
ни слова. Записывать мое распоряжение запрещаю. Ждите
дальнейших указаний. Все. — Орлов повернулся к майору. —
Почему донос в центр написан в двух экземплярах?
— Для верности, Леонид Фадеевич. Вдруг одно затеря
ется.
— Когда я отучу тебя врать? Один донос написан на бу
маге Осокина. Внизу три слова: «Не забыть спросить». Почерк
полковника. Украл?