Принцесса-полукровка (СИ)

Для надежности он посмотрел на свои наручные часы и кивнул, что все именно так.

— Скажи нам время, — Скорпиус чувствовал, что им нужно всем установить одинаковое и правильное время, тогда откроется какой-то проход.

И оказался совершенно прав. Как только время было одинаковым, стены разрушились, оставив всего одну дверь в середине огромного помещения со стеллажами из пророчеств. И как тут найти нужное?

— Там кто-то сидит, — тихо шепнула ему на ухо Роза.

Скорпиус присмотрелся. И действительно метрах в двадцати от них стоял стол, за которым сидел мужчина. Почему он совсем не обратил на них внимание, если должен защищать проход от чужаков?

— Он под Империусом, — заключил Долгопупс. — Настоящие стражники вот.

Все сходилось. Отдел тайн больше не принадлежал Министерству. Только, похоже, мало кто об этом догадывался из работников, потому что именно этот непримечательный молодой парень говорил Гарри Поттеру, что все хорошо.

— Я слышала, что пророчества, сделанные по тебе, должны тянуть, — сказала Роза. — Но я ничего не чувствую.

— Из-за дементоров, — ответил Скорпиус. — Нужен щит.

— Давай вместе, — Роза взяла его за руку. — Получится мощнее.

А Скорпиус не сомневался, что даже без лебедя Розы у него получился бы сейчас самый сильный Патронус. Именно она была его самым счастливым и дорогим воспоминанием. Которое за последние недели увеличилось многократно.

— Экспекто Патронум, — прошептали они хором, смотря друг на друга горящими глазами.

Скорпиус, конечно, предполагал, да и в книгах писали, что парные патронусы вместе могут намного больше, но даже не знал, что такое возможно.

Из их палочек вырвался настолько сильный и мощный свет, что их отбросило друг от друга. Лежа на спине на холодном полу, оперевшись на локоть, Малфой завороженно наблюдал за происходящим.

Их свет соединился воедино, превратившись в одного, но такого огромного лебедя, который был размером с настоящего слона. Лебедь вдруг взмахнул огромными крыльями, не только прогоняя прочь всех дементоров, но и каким-то образом роняя стенки с пророчествами, которые тут же начали разбиваться. Скорп вскочил, только лишь успев крикнуть “бежим”, как лебедь ухватил одно из падающих пророчеств и кинул ему прямо в руки, испаряясь в воздухе.

Ребята выбежали обратно в комнату с часами, тяжело дыша.

— Как мы теперь узнаем, что было в моем пророчестве? — с сожалением вскрикнула Роза.

— Это главное пророчество, — Скорпиус завороженно смотрел на шарик. — Здесь намного больше ответов, только кому оно открывается…

— Так, так, так, — за ним послышался голос Розье.

Скорпиус резко обернулся, закрывая собой Розу, и Долгопупс тоже сжал в руках свою палочку.

— Я ожидал немного другой состав, — хмыкнул Розье. — Что ж, значит, ты идешь по ложному пути, Скорпиус. Жаль, очень жаль. Но только жаль для тебя.

— Что тебе нужно? — с ненавистью спросил Малфой, понимая, что ему нельзя проколоться, что он знает про Обет Касси, что знает намного больше о Касси, чем думает Розье.

— Это пророчество, — протянул руку Адриан. — И тогда я никого не трону.

— Ты лжешь, — крикнула ему Роза, а Скорпиус одернул ее.

Он понимал, что Розье сам вряд ли убьет Розу сейчас, в противном случае зачем брать тогда Обет с Касси. Хотя, возможно, это была перестраховка, он боялся, что просто не доберется до Розы. Но все же Скорп знал, что в этом есть какой-то более глубокий смысл, известный только Розье, и ему нужно именно противостояние Касси и Розы.

— Пророчества открываются тем, по ком они сделаны, — сказал Скорпиус. — Ты подчинил себе Отдел Тайн. Знал, где оно лежит. Значит, оно сделано не по тебе.

Скорпиус догадывался, что оно может предназначаться для Розы или даже для Касси, раз не открылось ему. Но не хотел давать его ни одной из девочек в руки. Не хотел, чтобы они слышали, что бы там ни было.

— Не по нему, — вышел вперед Фрэнк. — И он его слышал. Видимо, как оно произносилось. Ведь когда произносится пророчество, в этом зале автоматически формируется шар. Да, шар откроется только тому, о ком он сделан. Но услышать изречение может любой.

Скорпиус видел, как Розье бледнеет. Фрэнк прав. Он знает, что там.

— Но не хочет, чтобы его слышал ты, — продолжал Долгопупс. — Это же очевидно. Ведь там то, что может помешать их планам. И, очевидно, именно ты можешь предотвратить.

— Авада Кедавра, — вскинул палочку Розье, тут же исчезая с хлопком трансгрессии.

Скорпиус замер. На его глазах Фрэнк упал замертво. А комнату наполнил крик Розы и вой сирены.

— Неееет, — Роза бросилась к телу Долгопупса. — Фрэээнк. Нет! Вставай, слышишь.

— Роза, он не очнется, — Скорпиус оттащил брыкающуюся Роуз от тела. — Нам надо уходить отсюда. Срочно. Нельзя, чтобы нас тут видели, к тебе и так вопросы будут, потому что ты последняя, кто видела его…

— Они и так будут, потому что я не вернулась с курсов, — всхлипнула Роза.

Он накинул на них мантию невидимку, таща Розу к выходу.

— Касси, сними защиту с Хогвартса срочно, чтобы мы трансгрессировали прямо в замок, — Скорпиус отправил Патронус с сообщением, потому что Роза права, если она вернется через камин, то к ней будет много больше вопросов, чем если убедить МакГонагалл в том, что она вернулась в школу просто в ее отсутствие в кабинете.