Принцесса-полукровка (СИ)

— Я хочу их услышать, — уверенно сказала Роза, а Скорпиус чувствовал, что она что-то ему не договаривает.

Впрочем, мог ли он винить ее, когда сам скрывал от нее то, что Касси его родная сестра?

— Я дико извиняюсь, — послышался голос Фрэнка. — Но у нас совершенно нет времени на ваши семейные разборки, потому что мы должны вернуться в Хогвартс если не прямо сейчас, то минут через тридцать, не больше.

— Я иду с вами, — уверенно заявил Скорпиус.

— Знать бы, куда нам идти, — хмыкнул Фрэнк, пытаясь Алохоморой открыть двери.

— У меня есть одна теория, — поджала губы Роза, выходя на центр комнаты.

Скорпиус не знал, что Роуз делала, но ему казалось, что пол под ногами исчезает, а голова начинала кружиться, что все двери начали расплываться перед глазами, а то и вовсе двигаться.

— Что ты делаешь? — не выдержал Скорпиус, отвлекая Розу.

— Нам сюда, — Роза уверенно направилась к центральной двери, легко открывая ее.

— Как ты это сделала? — опешил Долгопупс, который меньше пары минут назад тщетно пытался ее открыть.

— Магия и никакого мошенничества — хмыкнула Роза, уверенно заходя внутрь.

Скорпиусу все это совсем не нравилось. Все это было очень опасно, опасно для нее. Нужно как-то заставить ее повернуть обратно, убедить, что это плохая затея.

Они оказались в длинном прямоугольном помещении с очень ярким светом, который исходил, кажется, отовсюду. Комната была практически пуста, если не считать нескольких столов и огромного стеклянного аквариума, который занимал самую ее середину, — наполненный темно-зеленой жидкостью, он был так велик, что все они свободно могли бы в нем искупаться. Приглядевшись, они заметили, что в аквариуме лениво плавают какие-то жемчужно-белые комья.

— Пошли отсюда, — взмолился Скорпиус. — Я тебе без пророчеств скажу, что тебе нужно сидеть, и не высовываться, держаться только меня.

— Это гемикриптофиты, — со знанием дела сказал Фрэнк, подходя к ним ближе и рассматривая с интересом эти водяные растения. — Магглы их называют васильками и растят на суше. Но именно под водой, в специальном растворе они обретают магическую силу. Эти цветы…

— Я сказал, пошли отсюда, — Скорпиус взял за руку Розу и повел ее прочь из этой комнаты.

— Фрэнк, нам не сюда, — крикнула Роза, в свою очередь хватаясь за Долгопупса, которого заколдовали словно Империусом, что он не мог сделать и шага.

Они вернулись снова в комнату со множеством дверей.

— С тобой все нормально? — обеспокоенно спросил Скорпиус, видя, что Долгопупса сейчас стошнит.

— Что там было? — словно очнулся от заклинания гриффиндорец.

— Ты говорил про какие-то васильки, которые в воде имеют силу, — пожала плечами Роза, которая тоже не очень сильно увлекалась Травологией.

— Это цветы убийцы, — глаза Фрэнка тут же наполнились ужасом. — Утопленники. Они водятся в магических озерах. Они заманивают волшебников, отбирают их силу, лишают воли.

— Такое существует? — поразился Скорпиус. — Такое опытный волшебник не в состоянии сделать.

— И молись, чтобы Пожиратели о них не узнали, — покачал головой Фрэнк. — Их очень сложно заставить на себя работать, но эти люди могут.

— Тут опасно, пойдемте отсюда, — Скорпиус потянул снова Розу за руку на выход.

Но дверь, которую он открыл, оказалась вовсе не той, что вела бы их обратно в коридор Министерства.

Новая комната, прямоугольная и слабо освещенная, была больше последней, а пол ее спускался вниз ступенями, образуя огромную каменную яму футов двадцати в глубину. Они стояли на самой верхней из этих крутых каменных ступеней, или скамей, амфитеатром идущих вокруг всей комнаты. Однако тут вместо стула с цепями на дне ямы возвышалась каменная платформа, а на ней — каменная арка, покрытая трещинами, такая древняя и ветхая на вид, что непонятно было, как она еще не рассыпалась в пыль. Проем арки, стоящей на платформе без всяких дополнительных опор, был закрыт изорванным черным занавесом; несмотря на полную неподвижность холодного воздуха вокруг, этот занавес еле заметно колыхался, словно до него только что дотронулись.

Теперь Скорпиус чувствовал, что теряет волю. Арка его манила. Он отпустил руку Розы, медленно двинувшись к ней.

— Скорпиус, — тихо позвал его голос.

— Мама? — ахнул Малфой, направившись быстрее к арке.

— Стой, — закричала женщина.

Малфой замер как вкопанный. Он всматривался в этот занавес. Казалось, что он сходит с ума. Он видел там лик матери. Она тянула к нему руки.

— Мама, — прошептал Скорпиус, протягивая к ней руку, чувствуя, как глаза защипало от наполнившихся слез.

— Не ходи сюда, — приказывал голос.

— Но я хочу к тебе, — убеждал ее Малфой. — Пожалуйста, позволь.

Вдруг он ощутил на губах поцелуй и ванильный вкус. Поцелуй становился все глубже и чувственней. И Скорпиус чувствовал, что какие-то чары спадают с него.

Голубые глаза и яркие рыжие волосы. Вот она, его реальность. Стоит перед ним, расколдовав всего лишь одним поцелуем, как принцессу из маггловских сказок.

— Что это было? — испуганно спросил Скорпиус, крепче цепляясь за Розу, уходя дальше от этой арки.

— Я читала про нее, — сказала Роуз, когда вывела его обратно в маленький коридор с дверьми. — Она говорит голосами мертвых, зазывает к себе…

— Поэтому я слышал маму, — осенило Скорпиуса. — Она мне говорила остановиться.