Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны
- Автор: Туманов Язон Константинович, Соломонов Борис Владимирович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8386-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны». Краткое содержание книги:
Книга представляет интерес не только для любителей военно-морской истории, но и для всех читателей, интересующихся историей нашей страны, не равнодушных к судьбам соотечественников, вынужденных покинуть Родину.
Когда к шести часам вестовые начали накрывать на стол к обеду, гость, только что сделавший Чифу мат, поднялся и, подойдя к старшему офицеру, начал откланиваться и попросил у него шлюпку, чтобы вернуться на свой корабль.
Валериан Иванович решительно запротестовал.
– Да что вы, помилуйте, мы никак не можем отпустить вас без обеда.
– Но право же, мне неловко, что я так злоупотребляю вашим гостеприимством…
– Какие могут быть разговоры о злоупотреблении? Уверяю вас, ваше присутствие всем доставляет искреннее удовольствие!
– Ваши любезность и радушие меня трогают выше всякой меры. Я редко встречал столь очаровательную кают-компанию…
Они долго обменивались любезными фразами и взаимными комплиментами.
Когда в кают-компанию глухо донеслись четыре удара бакового колокола, старший офицер взял гостя под руку и бережно и любовно повел его к столу. На этот раз по другую сторону португальца сел штурман. Доктор, бывший его соседом за завтраком, отодвинулся на два человека дальше. Когда гость опрокинул в рот первую рюмку водки и закусил маслиной, доктор нагнулся к своему соседу артиллеристу и сказал:
– Это уже нечто патологическое. Профессора венской, да и нашей петербургской клиники, я думаю, дорого бы дали, чтобы получить его объектом для своих наблюдений.
– А не может быть у него, доктор, какой-нибудь дырки в голове, как у барона Мюнхгаузена, сквозь которую он выпускает винные пары? – засмеялся артиллерист.
– Вы смеетесь, а я самым серьезным образом начинаю интересоваться этим типом.
Отдохнувший и освеживший себя двухчасовым сном и бутылкой содовой воды, выпитой в каюте, Лютер налег на гостя, хлопая с ним водку рюмку за рюмкой с таким видом, точно хотел сказать: «Сам лягу костьми, а тебя доконаю!» У доктора пропал даже аппетит, и он ел рассеянно, наблюдая со все возрастающим интересом за гостем.
Одновременно с супом вновь появилась марсала, и старший офицер нагнулся с бутылкой над рюмкой гостя, но этот вдруг решительно отставил ее в сторону и положил на нее свою ладонь.
Старший офицер в первый момент даже не понял этого жеста.
– Да ведь это же марсала, которая вам так понравилась за завтраком, – сказал он.
– Да, я вижу и вновь подтверждаю, что марсала у вас прекрасная, но пить ее уже не смогу.
– Ну, так может быть красного?
– Благодарю вас, и от красного, если позволите, откажусь.
– Может быть, белого? У нас есть чудесное, легкое, белое вино…
– И не белого.
– Но какого же вина можно вам предложить? Ведь нельзя же обедать без вина!
Португалец серьезно и строго посмотрел на старшего офицера, потом, точно спохватившись, вдруг улыбнулся и сказал:
– После такого количества водки, которое мы выпили с моим очаровательным соседом, – он слегка поклонился в сторону Лютера, – уверяю вас, можно обедать без вина.
– Ну, может быть, пива?
– И без пива.
Все усилия старшего офицера и штурмана заставить гостя выпить хотя бы еще один стаканчик чего бы то ни было не привели ни к чему. Гость оставался непоколебимым.
– Должно быть, клапан у португальца закрылся, – сказал, смеясь, артиллерист доктору.
– Да, – ответил доктор, – но он все же трезв как стеклышко, а наш Лютер снова уже в полсвиста.
Обед закончился в меланхолическом настроении. И гость, и хозяева явно были утомлены друг другом.
После обеда португалец из приличия посидел еще с четверть часа и начал прощаться. Его больше не задерживали.
Старший офицер распорядился подать к трапу капитанский вельбот «Хивинца». Офицеры вышли провожать гостя, который сердечно со всеми простился, подолгу пожимая каждому руку. Когда он жал маленькую, тонкую, точно женскую руку Чифа, он сверкнул в темноте своими белыми зубами и сказал:
– Так вы советуете мне опасаться норвежцев?
– О нет, – живо ответил ему Чиф, – теперь я норвежцам буду советовать опасаться вас…
Эскимос
Канонерская лодка «Хивинец»[111], возвращаясь в родные воды Балтики после довольно бурного перехода через Бискайку, бросила якорь на гостеприимном шербурском рейде.
Еще не улеглась обычная суматоха, сопровождавшая постановку на якорь и переход от походного положения на якорное, еще посвистывала дудка боцмана и к стойкам только что поставленных трапов навинчивали поручни, как к левому борту пристала небольшая шлюпка, из которой вышел и стал подниматься на борт маленький старичок в безукоризненно сшитом сером костюме, с небольшим, хорошей мелкой кожи, чемоданчиком в руках. Когда он появился на палубе, мимо него проходил только что спустившийся с мостика штурманский офицер, несший в руках мореходные карты и штурманские инструменты. Увидев старика, штурман радостно его приветствовал:
111
Материалом для рассказа послужили воспоминания автора об участии в заграничном плавании на канонерской лодке «Хивинец» в 1911–1913 годах. – Авт.