Новый мир. Книга 1: Начало. Часть первая

— Сергей Николаевич, я… — неуверенно протянул я, вдруг воспротивившись председателю, тянущему меня за руку. — Я не уверен, что мне стоит…

— Значит так! — раскрасневшись от волнения, Добрук подсунул мне прямо под нос свой мясистый палец и погрозил им. — Не надо мне тут! Нет ни времени, ни желания с тобой спорить. Никто не спрашивает. Значит сейчас я тебя веду домой, ты быстро там собираешься — и через час тебя тут нет. Надо будет — ремня дам и под конвоем отправлю. Понял?! Не хватало еще мне с твоими подростковыми комплексами возиться.

Я не нашелся что ответить на эту речь и позволил тащить себя дальше.

— Ой, Сергей Николаевич, что же это такое? — на лестничной клетке нас уже ждала соседка, тетя Галя, тоже нервная и перепуганная. — Это правда, что ли, что надо куда-то уезжать? Я не поеду, у меня здесь все мое, я…

— Галина Сергеевна, вы на сайт зайдите или радио включите, там комендант все объявляет, — без обычной своей вежливости отмахнулся от соседки председатель, затаскивая меня по лестнице выше.

— Это что же, война? Ой Боженьки, это же с нами будет?! — голос Гали, готовый сорваться на причитания, был заглушен хлопком дверью нашей квартиры.

— Катя! — крикнул Добрук. — Я его привел!

В квартире уже был разгром. Вещи валялись на полу и на стульях, висели на дверцах открытых шкафов и тумбочек. Мама, которая в это время обычно бывала еще на работе, спешно упаковывала чемодан, что-то бубня себе под нос. Вид у нее был настолько обеспокоенный и несчастный, что я почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы.

— Мама, что такое?! — от волнения мой голос сорвался, и одна слезинка таки покатилась по щеке.

— Не ной, парниша, будь мужиком, — одернул меня председатель. — Давай, помоги маме. Чтобы через десять минут был внизу. Все.

Он вышел, захлопнув за собой дверь, и оставил меня наедине с матерью. Не успел я ничего сказать, как впервые в жизни получил от нее пощечину.

— Как ты смеешь в такое время разгуливать без коммуникатора?! Ты смерти моей хочешь?! — в истерике вскричала она, раскрасневшись от волнения.

— Мама, я… — промямлил я.

— Ой, Дима! — в тот же миг забыв о своем раздражении и вздохнула с облегчением, она заключила меня в объятия. — Где же ты был, а?! Я уже все оббегала, всех соседей обзвонила. Разве можно быть таким безалаберным, а?

— Мама! — оказавшись в материнских объятиях, я совсем размяк. — Люди говорят, что война началась!

Мама посмотрела на меня с жалостью и страданием. Я заметил, что и у нее глаза на мокром месте, а ведь Катя Войцеховская не из плаксивых барышень. Но не успел я придумать, как сказать ей что-нибудь ободряющее, успокоить ее, как она уже собралась и взяла себя в руки.

— Так, Димитрис, идем, поможешь мне, — мама потянула меня за собой в мою комнату. — Времени мало, а к тебе есть серьезный разговор и ты должен внимательно слушать.

Я безропотно кивнул и прошел за мамой, которая дрожащими руками продолжала упаковывать в мой чемодан вещи. В комнате была открыта форточка, с улицы был слышен гомон людей. Под окнами председателя Добрука собралась изрядная толпа недовольных людей, каждый из которых требовал каких-то объяснений. Я вздрогнул от неожиданности, когда в стекло ударилась и начала плавно сползать по нему гнилая картофелина — видимо, метили в окно Добруков.