Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Южным фронтом, в составе которого оставались 8‐я, 13‐я и 14 армии, по-прежнему управлял В. Егорьев (с 11 октября 1919 года – А. Егоров).
По фронту (более 1000 километров) против трёх советских армий Шорина сосредоточились основные силы белоказачьих Донской и Кубанской армий ВСЮР генерала Деникина. Судя по разведданным, деникинцы не отказались от планов прорыва вдоль берега Волги на север, в сторону Балашова. А руководство РККА требовало от командующего Юго-Восточным фронтом нанести по войскам противника смертельный удар через Область войска Донского, разрубив вооружённое казачество Деникина пополам, а потом уничтожить его по частям.[325]
– Центр тяжести всей операции против Деникина лежит на вас, – сказал в телефонном разговоре с Шориным новый Главком (с 8 июля 1919 года) Сергей Сергеевич Каменев.
Василий Иванович только вздохнул: пощады не будет – ни от врагов, ни от своих. Высокая должность требовала и высокой ответственности…
У Азина было много шансов не погибнуть. И ещё при жизни стать легендарным начдивом-былинником. Но именно его неугомонный характер драчуна и непоседы, сделавший безвестного латыша военачальником, и сгубил начдива.
В октябре 1919 года, у местечка Ерзовка (Пичуга, севернее Царицына), Вольдемар Азин был ранен. Рана оказалось не из простых – в кисть правой руки, с раздроблением пястных костей. Военный хирург Михаил Фёдорович Иваницкий, лечивший начдива, рекомендовал раненому полный покой и лечение в госпитале. Не тут-то было! Уже через день Азин – на переднем крае.
Однако ранение было слишком серьёзным, чтобы не обращать на него внимание: рука сильно болела, распухла; дело могло закончиться гангреной. По настоянию комиссара дивизии командир был отправлен в Саратовский фронтовой госпиталь. (Именно тогда, несмотря на то что начдив был награждён командармом Шориным золотыми часами, Азину едва удалось избежать осуждения ревтребуналом.)
Доктор Иваницкий позже вспоминал: «13 октября 1919 года… мне было приказано немедленно отправиться в Дубовку к командующему дивизией Азину, который был тяжело ранен… Азина я нашёл в тяжёлом состоянии. У него было пулевое ранение правой кисти с раздроблением трёх пястных костей. Он лежал с высокой температурой… Потом… я продолжал лечить Азина. Помню, когда он был уже почти здоров, он прибыл на катере в наш госпиталь и душевно поблагодарил за оказанную ему медицинскую помощь»[326].
Тем не менее уже через три недели (больше Азин выдержать не мог!) начдив выписывается из госпиталя и в срочном порядке возвращается в родную дивизию. Правая кисть висит, её чувствительность нарушена, она не действует. С таким ранением обычно списывают вчистую. Но Азин не желал ничего слышать! Возможно, именно поэтому сразу после госпиталя он посетил Шорина прямо у того на квартире (где, к слову, в то время находился в гостях сам М.И. Калинин). Именно Калинин рекомендовал Шорину выделить выздоравливающему начдиву легковой автомобиль.
Снова вспомним Чапаева.
Вряд ли можно представить «настоящего» Чапаева без «лихого» коня: так вот, не было лихого коня! Особо впечатлительных спешу успокоить: конь как таковой у начдива-25, конечно, был (а то и несколько). Правда, иноходец. Если вам это ни о чём не говорит, уточню: лишь иноходец способен ходить особым плавным аллюром, отличающимся удобством и меньшей трясучестью.
Всё дело в том, что в Первую мировую Чапаев был серьёзно ранен в бедро, поэтому «лихих» лошадок сторонился, предпочитая именно иноходцев. А когда понял, что любой лошади есть хорошая альтернатива в виде автомобиля с мягким сиденьем, и вовсе перестал садиться в седло. И вот здесь Василий Иванович, что называется, переплюнул всех, оседлав однажды… ярко-красный «паккард». И как только на пыльном горизонте появлялась яркая диковинка, по бокам которого натуженно пыхтели «форды» охранников, каждый боец знал: на передовую приехал Чапай. Так что «лихой конь» у Чапаева всё-таки был, только совсем не тот, каким нарисовало его наше воображение не без помощи братьев Васильевых…
В начале декабря Азин вновь командует дивизией. Однако тяжёлое ранение не могло пройти бесследно.
Один из азинцев, В. Коновалов, вспоминал: «Вдруг вижу, подъезжает бричка, запряжённая парой лошадей… Из брички тихонько поднимается человек, обросший бородой, одетый в шинельную бурку, в папахе. Смотрю внимательно и узнаю Азина. Он тоже узнал меня. На вид он был совсем больной, ни одной кровинки в лице, почернел весь…»[327]
325
Этим планам белых не суждено будет сбыться. Тем не менее Царицын красные возьмут лишь 3 января 1920 года. Командовать операцией будет командующий Юго-Восточным фронтом В. И. Шорин: находившиеся в его подчинении части 50-й Таманской дивизии (начдив Е. Ковтюх) 11-й армии (командарм М. Василенко, члены РВС С. Киров и А. Соколов), перейдя Волгу с левого берега на правый по молодому и хрупкому льду, кинутся в штыки, после чего наступающих поддержат кавалеристы 37-й дивизии (П. Дыбенко) 10-й армии (А. Павлов). Не ожидая штурма, деникинцы спешно отступят, оставив город победителям.
326
Иваницкий М. Ф. Плавучий госпиталь «Илья Муромец». // Вспоминая былые походы. Воспоминания ветеранов Волжской военной флотилии (1918–1920). Горький, 1968. С. 192–193.
327
Ладухин В. Н. Указ. соч. С. 114.