Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
Это я должен был остановиться. Либо остановиться, либо пойти на риск столкнуться с машиной, которая спокойно, не нарушая правил, катила по главной магистрали. И убить ни в чем не повинного автомобилиста, или его жену, или ребенка… Но тогда быстрая «кортина» обгонит меня, неважно, сверну ли я потом направо, как намеревался, или налево, к Лондону, или поеду прямо, Бог ведает куда.
На перекрестке не было ни души. Ни полицейской машины, поджидающей клиентуру. Ни автоинспектора, присевшего на обочину покурить. Ни отважного очевидца, способного броситься на выручку. Ни отряда американской кавалерии, который всегда поспевает в критический момент.
Перед въездом на довольно крутой склон я, начисто позабыв инструкции нортонского шофера, включил вторую скорость. В какой-то момент сцепление отказало, и тяжелый фургон почти замер на месте. Но вот зубчики и винтики заработали снова, и резким рывком мы двинулись дальше. Позади мальчики Бостона не жалели энергии и, непрерывно сигналя, вовсю расходовали батарею. Фургон въехал на холм, и там, внизу, всего в четырехстах ярдах, нас ждал перекресток.
Я нажал на педаль. Фургон рванулся вперед. Ребята Чарли Бостона успели это заметить и подумали, что я решил не останавливаться на знак. В зеркале я увидел, как они тоже прибавили скорость и приблизились почти вплотную.
За двести ярдов до перекрестка я буквально встал на тормоза, будто передо мной дорога обрывалась в пропасть. Результат превзошел все ожидания. Фургон содрогнулся, затрясся и завертелся на месте. Кузов замотался, стукнулся о заграждение, снова закачался. Я испугался, что все это высокое и нескладное сооружение сейчас перевернется. Но тут послышался страшный, глухой и хрустящий звук — «кортина» налетела на кузов. Фургон заскрипел и остановился как вкопанный. Но не перевернулся. И не сошел с Дороги.
Стекла от «кортины» еще со звоном разлетались по асфальту, а я уже поставил машину на ручной тормоз и выскочил из кабины.
Серо-голубой автомобиль лежал на боку, выставив на всеобщее обозрение свои внутренности. Он находился в добрых двадцати ярдах от фургона и, судя по продавленной крыше, успел разок перевернуться. Я подошел к нему, сожалея, что под рукой нет никакого оружия, и преодолевая побуждение немедленно повернуться и уехать, не поинтересовавшись пассажирами.
В машине был только один. Здоровенный, водитель. Вполне живой, обезумевший от злобы и, видимо, еще от боли в правой лодыжке, сломанной и зажатой между педалями. Игнорируя более чем внятные призывы о помощи, я повернулся к нему спиной. Эта месть, подумал я, с лихвой окупает все, что пришлось бы вынести мне, попади я снова в его лапы.
Второй парень от столкновения вылетел из машины. Я обнаружил его на обочине, поросшей травой. Он лежал вниз лицом, без сознания. Обеспокоенный, я нащупал пульс, он тоже был жив. С чувством невероятного облегчения я направился обратно к фургону, открыл боковую дверь и полез взглянуть на Тиддли Пома. Тот неодобрительно покосился в мою сторону и, задрав хвост, принялся опорожнять кишечник.
— Твои дела не так плохи, приятель, — громко сказал я ему. Голос был хриплым от напряжения. Я вытер мокрые ладони о его гриву, пытаясь улыбнуться и чувствуя непреодолимое желание заняться тем же делом, что и Тиддли Пом, и одновременно тошноту.
Несмотря на столь не ортодоксальное путешествие, с ним, по-видимому, и правда все было в порядке. Я сделал несколько глубоких вдохов, похлопал его по заду и спрыгнул на дорогу. Ущерб, нанесенный фургону, сводился к разбитой фаре и вмятине на заднем крыле размером не больше суповой тарелки. Будем надеяться, что Люк-Джон организует оплату ремонта за счет «Блейз». На Чарли Бостона я не рассчитывал.
Парень, лежавший на траве, зашевелился. Я увидел, как он сел и обхватил голову руками, пытаясь понять, что случилось. Из машины все еще яростно вопил его напарник. Нарочито медленно я забрался в кабину, завел мотор, и мы спокойно поехали дальше.
Я не собирался заезжать слишком далеко. Я вез Тиддли Пома в самое надежное, как мне известно, место, в конюшни на ипподроме Хитбери Парк. Они окружены высокой стеной, и всю ночь там патрулирует охрана. Вход строго по пропускам, даже владельцы лошадей проходят только в сопровождении тренера. Вилли Ондрой, администратор, с которым я так долго совещался по телефону, согласился принять Тиддли Пома и сохранить его пребывание в тайне.
В любом случае конюшни открываются только в двенадцать, в это время там тоже будет дежурить охрана. Лошади, которых привозили из отдаленных мест — за сотню миль и больше, находились в пути целый день и ночь перед скачками проводили в конюшнях. Иногда одна должна была выступать в пятницу, а другая — в субботу, тогда их обеих привозили в четверг и оставляли там на два, даже на три дня. Двухдневное пребывание Тиддли Пома не покажется подозрительным. Единственная проблема заключалась в том, что у него не было конюха, но Вилли Ондрой обещал все устроить.