Рубежи

На деле он не представлял, как лечить Лизу, а это скорее всего была она, хотя сходства с девочкой на рисунке Дэн не заметил. Впрочем, всех мертвых жриц он здесь уже видел, других же обитательниц подземелья не встретил. Значит, стоит потратить на нее общую исцеляющую руну, дотащить до источника наверху, а там либо девчонка сама очнется, либо телепортироваться к Николасу, и если не магией, то технологиями поставить последнюю живую деву реки на ноги.

— А нас? — обиженно спросила Алина, и на руках ее с противным скрежетом вытянулись новые коготки. — Нас ты не захотел исцелять?

Вместо исцеляющей пришлось рисовать руну защитную, выстраивая собственный купол поверх почти погасшего. Потом Дэн спокойно поднял голову и посмотрел в глаза не торопящейся нападать Алине.

— Вы умерли. Вас нельзя исцелить. Смерть отменить невозможно.

— Она умирала! — донесся обиженный хор от лестницы. — Лизка умирала! Река вернула ее! А нас не захотела.

Скорее не смогла. И еще надо посмотреть, как именно умирала Лиза. Ясно, что смерть имела место быть, раз уж река смогла подтвердить это Конклаву.

— Клиническая не всегда конечная.

— Много ты знаешь, — фыркнула Алина и сделала шаг вперед. — В Лабиринте Смерти просветили? И кстати…

— Я не умирал, — поднимаясь на ноги, перебил ее Дэн. — Но знаю много: отец — врач, подруга детства — целитель, теперь вот сам учусь.

В пальцах засветилось золотистое плетение, похожее на то, из которого он собирался сплести исцеление для Лизы. Мертвая старшая жрица напряженно замерла, а когда все-таки замахнулась, чтобы ударить, было слишком поздно. Вспорхнувшая с пальцев Дэна стайка золотистых бабочек крепкой паутиной окутала тела дев реки, заставляя их застыть на месте. Следующими шли руны контроля и его личное изобретение — программирование поведения, сборная солянка из Ловца Иллюзий и реального написания кода.

Чтобы уничтожать мясных големов, надо знать, как их создавать. С зомби похожая история, даже попроще — ведь они основа любой магической нежити. Этих никто не создавал, просто тела заняли тени, просочившиеся сквозь хлипкий барьер Лизы. Потому они сначала и пропустили Дэна, надеясь, что с ним тоже получится провернуть подобный фокус, то, заполучив такого сильного союзника, сумеют выбраться наружу. Не повезло девчонкам, что поделать. Кроме одной, но с ней потом. Вернее, сейчас лечить, потом допрашивать.

— Рассказывай, — велел Дэн Алине, сам же снова склонился над Лизой и по наитию принялся рисовать на ее коже ту единственную исцеляющую руну, которую мог использовать без диагностики. В любой непонятной ситуации…

Историю смерти дев реки словно писал сам Агни, мечтающий пристыдить Дэна за поход в Лабиринт Смерти. Причем демон предварительно начитался трагедий Шекспира, а фоном крутили слезливую мелодраму, может даже индийскую, ведь без родственных связей здесь не обошлось.

Просто, когда Дэна объявили мертвым, Лана отдала огонь Яме, из-за чего тень внутри нее взяла верх и едва не убила Макса. Благо Макс к тому времени умел бороться с ними, потому легко скрутил дочь и вместе с ней телепортировался к Сецуну. Старый монах как-то сказал, что хочет просто послужить Искре Огня, и вот пришло время подтвердить свои слова действием. И Сецуну забрал тень Ланы, чтобы у Макса был хоть какой-то шанс спасти дочку. У самого монаха шансов не осталось, ведь он выгорел задолго до Ланы, хотя держался и не подавал виду.