Буря настигнет

Никто не мешал касаться к теплой влажной коже. Не истекали полчаса, подгоняя. Страх оказаться замеченными вдвоем больше не дышал ледяным дыханием в спину.

Пух кружил рядом, укутывая нас в белый кокон.

Моя броня трещала по швам. Знаю, она срастется позже, заштопается, окрепнет так, что никто не пробьет. Но сейчас осыпалась, обнажила чувства.

Я расплакалась — импульсивно и бурно. Обвила руками шею Ирия, прижалась к нему всем телом, уткнулась носом в ключицу, припала губами к коже.

— Ну… Чего ты?.. — шептал Ирий, стискивая меня в объятьях.

А я уже не могла остановиться. Наполнялась запахом его кожи и теряла рассудок. По щекам текли сладкие слезы, руки подрагивали, но мяли на мужских плечах рубашку. Сорвать бы ее…

— Бесовка, я не железный. Если не хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь, прекрати заводить меня.

— Да, прямо здесь, — промолвила заплетающимся языком и прижалась губами к колючей скуле. Ноги подкашивались, пуховая поляна больше не казалась устойчивой.

Ирий взял мое лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза. Я по-прежнему прятала взгляд, в данный миг на уголке его губ.

— Скучала, бесовка?

— А говоришь, все знаешь…

— Это был риторический вопрос.

На моем языке завертелась колкость в ответ, но Ирий заткнул мне рот напористым поцелуем. От шока я глубоко вдохнула его дыхание — будто прежде не дышала, с прошлой нашей встречи, а только страдала, задыхаясь. Трепетные чувства переполняли меня, выплескивались в порывистые движения, я с диким запалом отвечала на поцелуй.

Ближе бы еще. Припечататься бы голыми телами друг к другу. Я отстранилась лишь на несколько мгновений, чтобы скинуть с себя свитшот. Нетерпеливо поморщившись, Ирий пытался быстро стянуть с себя мокрую рубашку. Пожирая его торс голодным взглядом, я расстегнула лифчик — и Ирий резко ускорился, раздеваясь. Ткань треснула, он не глядя откинул ее куда-то в белую пургу.

Как безумный накинулся на меня. Я оступилась под его напором, и Ирий подхватил меня под бедра — я обвила ногами его талию, прильнула к горячему торсу обнаженной грудью. Соски затвердели в две каменные горошины, молили о ласке, я терлась ими о бархатную мужскую кожу.

Не знала, на какую сторону лучше склонить голову, целуясь. Мы хаотично боролись языками, я проигрывала и от злости прикусывала его пухлые губы.

Невозможно за минуты насытиться тем, чего до боли не хватало бесконечными сутками. Прежде чем начать доказывать, что я не зря лишилась способностей, пусть утолит мою жажду.

Прямо здесь, в буре пуховой метели. Где для любого человека ад, а для нас — родная сказка.

Пока я держалась за его шею, он прокрался рукой к ширинке моих джинсов и расстегнул молнию. К счастью, штаны на мне не узкие — я опустила ноги, утопая носочками в пуховой перине, и джинсы сползли вниз. Ирий мигом накрыл мои ягодицы ладонями, притиснул меня ближе к себе так, что я в полной мере ощутила каменную выпуклость в его промокших джинсах.

Я провела раскрытыми ладонями по мускулам его торса сверху вниз, зацепилась за пояс, но Ирий убрал мои руки, завел их за мою спину и принялся спускаться по моей шее ласковыми поцелуями. Я запрокинула голову, млея от наслаждения. Белые хлопья кружили в вычурных танцах, мягко падали на лицо и плечи, стекали нежностью вниз.