Польско-литовская интервенция в России и русское общество

Все эти факты ясно показывают, что смоленские помещики не желали присоединения Смоленской земли к Речи Посполитой и что власти Речи Посполитой не намерены были принимать во внимание их желания[1061].

Для темы настоящего исследования важно рассмотреть, к каким доводам правового порядка обратились стороны, обосновывая свою позицию на переговорах.

Русские послы первоначально указывали на то, что польско-литовская сторона должна просто утвердить выработанный под Москвой текст договора, однако, когда сенаторы заявили, что не считают себя связанными этим соглашением, и стали выдвигать различные требования, великие послы выступили с более глубоким обоснованием своей позиции. Разумеется, послы заявляли, что они не могут отступить от данного им наказа. Такие ссылки были обычными для деятельности русских дипломатов, но важно, что послы специально объяснили, что их заставляет так поступать. Врученные им инструкции были выработаны при участии не только патриарха и Думы, но и людей, принадлежавших ко всем «чинам» русского общества. Поэтому они не могут быть изменены «без совету всего государства»[1062]. Они напомнили гетману, что на переговорах с ним «вся земля» настаивала на сохранении Русского государства в его прежних границах, и если теперь послы поступят иначе, то им «от всее земли быти в ненависти и в проклятье»[1063]. Послы могут только выполнять волю «всей земли»: «И что нам от земли повелят, то мы и учиним»[1064].

Эти высказывания являются еще одним важным свидетельством перемен, происходивших в сознании древнерусского общества в годы Смуты, когда сложилось представление о «всей земле» как верховном сословном органе[1065]. Более того, в отсутствие государя «вся земля» (собрание представителей всех «чинов» русского общества) оказывается в представлении этого общества вообще верховным органом власти, который только и правомочен принимать важные политические решения, касающиеся судеб и интересов страны.

Во всем этом было много общего со сложившимися гораздо раньше в Польско-Литовском государстве представлениями о роли сейма как собрания представителей главного сословия — дворянства, которое с наступлением бескоролевья становилось высшим органом власти в государстве. В связи с этим большой интерес вызывают заявления сенаторов, в которых отразились их представления о возможной роли и послов, и «всей земли». Ряд таких заявлений был сделан сенаторами на встрече с послами 26 октября ст. ст.