Всеволод Бобров
- Автор: Щеглов Михаил Исаакович
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 987-5-235-04072-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Всеволод Бобров». Краткое содержание книги:
Вдохновлённые этим мужеством армейцы воспрянули духом. Всеволод Бобров закрутил на льду такую карусель, что рижане дрогнули, в их ворота посыпался град шайб. Правда, Бобров не смог доиграть этот матч до конца, за несколько минут до финальной сирены, когда игра была уже сделана, он вынужден был покинуть поле, потому что очень плохо себя почувствовал. В раздевалке выяснилось, что Всеволод играл с температурой тридцать девять градусов!
Вот таким был защитник ЦДКА Владимир Венёвцев. И когда противники пытались терроризировать Всеволода Боброва силовыми приёмами, он не отвечал на них, а лишь иногда подъезжал к Венёвцеву и говорил: “Володя, что же это делается! Уйми ты их!” И Венёвцев начинал встречать чужих нападающих с такой яростью, хотя и в пределах правил, что быстро срабатывала “обратная связь”: Боброва оставляли в покое».
Автору книги довелось услышать рассказ о матче в Риге из уст самого Владимира Георгиевича Венёвцева, поэтому возникла возможность дополнить и исправить изложенное Салуцким.
Это был сезон 1948 года. Обстановка на стадионе была сложная, с трибун раздавались крики: «Бей коммунистов!» Губы защитнику армейцев разбил локтем Роберт Шульманис. Его же и отправил Венёвцев через борт силовым приёмом, получив за это десяти минутный штраф без права замены (тогда предусматривалось такое наказание).
Понимая, что подвёл команду, оставив её в меньшинстве на полпериода, Венёвцев был готов на любую жертву. И такой случай представился сразу же, как только он вернулся на лёд. К воротам ЦДКА прорвался лидер рижан Альфонс Егерс. Он только примерялся к броску, как неожиданно вратарь Григорий Мкртычан упал на лёд и сбил с ног Венёвцева.
После описанного выше его геройского поступка вспыхнул фейерверк армейских атак, который завершился победой ЦДКА со счётом 8:1, а Бобров забил семь шайб. В знак уважения Шульманис подарил Владимиру Венёвцеву щитки, наплечники и клюшку.
Николай Пучков уже в наши дни рассказывал: «Мне посчастливилось около десяти лет пройти рядом с Всеволодом Бобровым по жизни. Он был, прежде всего, отличный мужик, рубашку последнюю отдаст тому, кого любит и уважает. Он был терпим, а нетерпим был с наглецами, только с ними этот необычайно внутренне деликатный человек мог позволить себе грубый жест. Помню, как он намеренно унизил одного ничтожного типа, смазав его по физиономии пачкой денег.
В общем, Бобров держался со всеми ровно как тренер. Как игрок постоянно требовал игры на себя, справедливо полагая, что ему по плечу то, что иным кажется недоступным. Тут он, правда, хватал порой и через край. К себе, в свой внутренний мир Бобров подпускал трудно, с большим разбором, хотя его постоянно окружала толпа приятелей и обожателей.
Всегда поражался его удивительным постижением любого игрового вида спорта. При мне, помнится, впервые взял в руки теннисную ракетку, и казалось, что на корте выступает разрядник. Играй Всеволод в волейбол, баскетбол — всё равно стал бы выдающимся спортсменом.
Говорят, будто Бобров не любил трудиться — ни на поле, ни на тренировках. Это совершенное заблуждение. На поле или на льду он не тратил себя на бесполезные метания туда-сюда для изображения интенсивной деятельности в матче. Он всегда готовил себя к решающему рывку, финту, прорыву, к результату, к голу. И делал это с непревзойдённым мастерством.
Но он и в трудолюбии, скажу, был талантлив. Помню, как нравилось ему дополнительно тренироваться с вратарём, со мной в частности. Вот, например, отрабатывает он свои кроссы. Пройдёт не 30 раз, а всего пятнадцать. Но как! С какой интенсивностью, с какой полной отдачей. Или набивал он свои “точки”, то есть отрабатывал броски с любимых позиций. Сделает не 50 раз, а всего 20. Но с какой тщательностью, в какой неподражаемой динамике. Вот это я и называю — быть талантливым и в трудолюбии. Безусловно, природная одарённость позволяла Боброву совершать то, что другим недоступно. Но по крайней мере легкомысленно считать, что он не шлифовал, не берег, не оттачивал свой огромный талант.
Но ещё важней в нём вот что. Спорт, футбол, хоккей не являлись для него лишь средством заработать на жизнь. Это теперь стал моден исключительно меркантильный взгляд на хоккей. Всеволод смотрел на спорт как художник, он жить не мог без футбола и хоккея...»
Всё вышесказанное вовсе не означает, что в первой тройке царила полная идиллия. Не будем забывать, что Бобров являлся играющим тренером в команде ВВС. При его-то импульсивном характере...