За все, чем мы дорожим

Что и требовалось доказать, главный над этим бардаком – принц Уве. Которому уже давно интересно, не слишком ли на Нордике спокойно и не попробовать ли поиграть во вторую Терру, приобретя лидерство в секторе. Судя по используемым при этом стволам – с подачи первой Терры. Про Стеллариум Лайонел не в курсе, про похищение Его Высочества сказал, что был такой план, и назвал как раз тех троих, которых мы нашли в переулке. Сейчас местонахождение Его Высочества неизвестно, и у желтых изрядная паника. Еще бы. Потому и носятся по городу и палят во все, что в красной форме. Про далеко идущие планы Лайонел опять же не знает. Понятно, что он здесь мелкая сошка, ему не может быть многое известно. Даже если он о чем-то и умалчивает, давить на него – это себя не уважать. И так с перепугу чуть не помер, а живым он сейчас нужнее. А до устройства этой системы я и сам докопаюсь.

– Его Высочество принц Уве обеспокоен судьбой Его Высочества Эйнара…

– Лайонел, – перебил я, – я тебе уже говорил, что ты кретин?

Лайонел ошалело моргнул. Говорил я ему это множество раз, еще когда он со мной служил.

– Так вот, – продолжал я, – ты кретин. Принц Уве очень хорошо умеет вещать с трибуны, но, медведь тебя задери, ты же по происхождению сомбриец! А сейчас идешь не только против законной власти Нордики, но и против Сомбры!

– П-при чем тут Сомбра?

Я улыбнулся почти ласково:

– При том, дорогой мой Лайонел, что красивые речи о господстве в секторе, если ты этого не уловил, направлены на то, чтобы поссорить Нордику и Сомбру, потому что больше в этом секторе толком никого и нет, Стеллариум нейтрален. А теперь подключи мозги, которые я тебе все-таки не вышиб, хотя до сих пор хочется, и ответь мне – кому в обозримом космосе выгоден развал Теневого союза?

Лайонел молчал, но выражение лица было красноречивым. Все он понимает, только вслух сказать стыдно. Но придется. Я взял в руки его плазморужье:

– Даю подсказку. Ты вроде неплохо разбирался в оружии. Понимаю, лишний раз вникать неохота, а стоило бы. С плазмой много вариантов не придумать, но у Нордики и у Терры на вооружении разные модели. Сомбра плазменное оружие не производит. И то, из чего ты безуспешно пытался меня грохнуть, сделано не на Нордике. А теперь скажи мне, пожалуйста, – моя улыбка растянулась до ушей, – что делает нордиканский гвардеец сомбрийского происхождения в засаде против нордиканцев с терранским стволом? И от кого, а главное, с какой целью он собрался оберегать наследника?

Лайонел поднял голову и впервые посмотрел мне в лицо. Куда только что подевалось.

– Вы меня убьете, – даже не спросил, а констатировал он. Совершенно спокойно, как будто речь шла о чем-то давно решенном.

– Нет. Во-первых, ты мне сдался. Во-вторых, смотрю я на тебя и думаю, что твоя башка, пожалуй, больше пригодится на твоих плечах, а не размазанной по стенке. Понятно, ты волен в любой момент это изменить, но если ты согласишься сотрудничать, я обеспечу твою безопасность и постараюсь обеспечить амнистию. В конце концов, влез ты в это явно сдуру. И я хочу, чтобы ты об этом сказал в эфире прямым текстом. И про Терру тоже. Опозориться больше, чем уже есть, тебе не грозит, зато, может, еще кого убедишь. Повторюсь, у тебя всегда остается вариант быть пристреленным при попытке побега. Решение за тобой.