Математик боя. Становление легенды (СИ)

Из-за проходнячков может потеряться тот самый драйв Математика, так что вот что я придумал. Будем биться. Сделаю главу (одну из таймскиповых) в которых будет развернутый бой Сенсомы с…

А выбирайте - Хирузен или Озин. Оба сильны и оба молодцы. Так же - выбирайте, будет ли битва до конечного освоения Призыва, техник Джинчурики и Сеннин-мода, или после.

Голоса меценатов учитываются с плюсиком (хотя и не самым решающим), так что 2202 2018 3381 7907 (Зуев Илья с утра был…) и https://qiwi.me/emperor_ozin , если хотите прям сильно повлиять на мой выбор.

Ну… как-то так. Надеюсь, вам все понравится. Если вопросы есть - задавайте в комментах,отвечу.

А пока - все бобра и хорошего настроения)

Здесь был Бета.

========== Гокаге Кайдан, или как ведется высокая политика ==========

Узушио. Вновь.

Несмотря на то, что Страна Водоворотов официально является союзником Страны Огня, Каге, принявшие зов на Гокаге Кайдан, единогласно решили, что встреча сильнейших людей мира шиноби будет проходить в последнем пристанище первого Бога Шиноби.

Да — чтобы Каге собрались, Хирузен рассказал им о теле. Но сейчас его больше заботило не это, а то, что, возможно, придется рассказать им куда как больше в ходе этих переговоров.

— Как я выгляжу? — вздохнув, обернулся он к другу.

Сенсома, нацепивший на себя белый костюм, точь в точь повторяющий тот, что он надевал на себя на свадьбе Наоми и Тороки, искоса глянул на Сарутоби и хмыкнул:

— Как Хокаге. Правда, я не знаю — хорошо это, или плохо.

— Сойдет, — решил Хирузен. — Сейчас мы вынуждены имитировать равенство Каге. Хотя я и подозреваю, что мне придется выглядеть куда как «равнее» остальных. А ведь придется… Завуалированно диктовать миру свою волю.

— Не свою волю, а Волю Огня, — Сенсома поморщился и выглянул в коридор.

Сейчас они находились в небольшой комнатке, в резиденции Узукаге. Вот-вот за ними должен был прийти чиновник из красноволосого клана и объявить о начале собрания. Хирузен, ясное дело, немного нервничал, и даже тот факт, что они находились на самой, что ни на есть, дружественной территории, не делал его спокойнее. На вражеской территории, например, он бы мог, в случае чего, разгромить всю округу и, например, сбежать.

А Узушио теперь нужно защищать…

— Меня ведет Воля Огня, так что, фактически, моя воля — Воля Огня, — Хокаге попытался сделать лицо «победителя в споре», но запнулся, наткнувшись на красноречивый взгляд Сенсомы.

— Противоречишь сам себе, Хиру, — почти угрожающе потянул он. — Вспомни Тобираму-сенсея и Хашираму-сама. Их воля была при них, но следовали они Воле Огня. Ты и они — две большие разницы, и ты поймешь меня, как только представишь, чтобы хоть один из них сказал нечто подобное.

Сарутоби вскинул брови и откинулся на спинку кресла. Если подумать…

— Хокаге-сама, — тихо постучавшись, молодой Узумаки склонился в глубоком поклоне. — Пора.

Хирузен нервно выдохнул, бросил на Сенсому слегка осуждающий взгляд и поднялся. Кивком поблагодарив посыльного, он неспешно вышел в коридор.

— Ладно, не волнуйся, — донеслось из-за спины легкое ворчание старого друга. — Если вдруг ты начнешь превращаться в узурпатора, я тебя остановлю.

— Как грубо, — позволил себе тихо усмехнуться Хокаге. — Я же такой красивый, а ты хочешь украсить мое лицо синяками и… всем остальным?

— Хорошо, тогда просто сломаю ноги и ребра, — вполне серьезно ответил Сенсома. — Так что лучше будь хорошим Каге.

— Только не сейчас, — вновь усмехнулся Хирузен. — На собрании Пяти Каге я побуду плохим мальчиком, с твоего позволения.

— Позволяю, — донесся до его ушей вздох, и они, наконец, вышли в зал собрания.

Пятерка Каге вышла в зал одновременно. Каждый вел с собой по-одному сопровождающему, но Хирузен знал — в Узушио, помимо Каге и его сопровождающего, так же прибыли и отряды сильнейших джонинов из всех деревень. Сейчас селение Узумаки можно было сравнить с фуин-бомбой, взрывающейся от неаккуратного использования чакры — один неверный всплеск, и Узушио взлетит на воздух.

Чего допускать не хотелось бы…

— Я рад приветствовать Пятерых Каге Великих Стран в этом месте, — Тоширо, стоящий в центре комнаты, низко поклонился каждому Каге. — И я так же рад, что вы откликнулись на зов. Благодарю вас. Прошу, садитесь.

Хирузен сумрачно кивнул и занял свое место. Сенсома встал позади, и тут же принялся пристально рассматривать остальных.

Чие пришла в сопровождении Эбизо и села по правую руку от Хокаге. Она никак не показала, что по-особому относится к Хирузену и его телохранителю, но это было и не нужно — большая политика требовала от нее сейчас некоторой загадочности.

Слева от Хирузена сел исполняющий обязанности Райкаге — джинчурики Восьмихвостого, по имени Со. Он был братом убитому Вторым Хокаге Эю, и теперь именно он временно занял место Райкаге, пока его племянник — Эй Второй, подрастает. Первый Райкаге желал о династии Эев, и его брат поддерживал его в этом желании. Суровый, молчаливый и решительный, Со бросил взгляд на свою спутницу — Ба — носительницу Семихвостого, и перевел его на Хокаге.

Хирузен, признав в нем достойного противника с битвы на фронте с Молнией, серьезно кивнул ему. Со ответил таким же кивком.

Левее исполняющего обязанности Райкаге сидел Второй Цучикаге — Муу, получивший на войне прозвище «Нечеловек», за исключительные способности к скрытности. За его спиной стоял невысокий молодой мужчина, по имении Ооноки Обеих Чаш Весов — ученик Второго Цучикаге, внук Первого, и просто очень талантливый шиноби, сумевший перенять от своего учителя Стихию Пыли — единственный известный на данный момент Кеккей Тота — смешение целых трех Стихий в одну.