Математик боя. Становление легенды (СИ)
- Автор: Кровь и Чай
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Математик боя. Становление легенды (СИ)». Краткое содержание книги:
— Глупо? — Сенсома усмехнулся, не оборачиваясь. — Ты поговорил и с ней и с Хирузеном. Они — Каге Великих Стран. Они могут начать новую войну, а могут ее предотвратить. Я не хочу еще одной войны, Тоширо, хоть и люблю сражения. А потому я доверился им, видя в них те же желания, что движут мной. Ну и как? Оправдали они мое доверие? Ты думаешь, что я был не прав, рассказывая о теле?
— Ты был прав, — согласился Тоширо. — И когда рассказал о теле и… когда принял дар моей внучки.
Сенсома обернулся, и Узукаге улыбнулся ему, почти извиняясь.
— Это я научил ее Шики Фуджину, — сказал он. — И я, как и Тобирама, предполагал ее смерть. Можно сказать, что умерла она из-за меня. Так что не думай о вине передо мной. Ее нет. И не делай вид, что ты не понимаешь, о чем я.
— Узумаки удивительны, — выдохнул Сенсома. — Что ты, что Мито-сама. Иногда я думаю, что однажды не смогу вас понять.
— И тогда-то ты и станешь одним из нас, — рассмеялся Узукаге. — Пока ты понимаешь все разумом, а не сердцем, ты будешь и понимать нас так же. Но вот когда ты будешь опираться лишь на свое сердце, тогда ты и станешь Узумаки.
Сенсома вяло отмахнулся и пошел на выход из кладбища. Как всегда — Тоширо был умен, мудр и добр. В клане долгожителей вообще редко что-либо менялось. Это Сенсоме, пожалуй, нравилось.
Лаборатории посещали вчетвером: Хирузен, Чие, Тоширо и, конечно, Сенсома. Все понимали, насколько важен истинный секрет подземелий Узумаки, и даже Эбизо, который знал все со слов Математика и сестры, не пошел с ними.
Трем Каге удалось договориться. Не до конца — они лишь обговорили условия, на которых Чие будет иметь право увидеть тело Отшельника Шести Путей. Узнав это, Сенсома постоянно усмехался, проводя параллели между своей скоростью принятия этого решения, и скоростью Хирузена и Тоширо — настоящих политиков и интриганов.
— Приготовьтесь к давлению, Казекаге-сама, — вежливо напомнил Чие Тоширо. — А ты, Сенсома, будь добр — держи зверя на коротком поводке. Он может взбрыкнуть.
— Постараюсь не доставлять проблем, — вздохнул Исобу. — И попробую хотя бы немного исправить свое положение.
В последнее время Треххвостому было тяжело. Впервые одолжив Сенсоме свою силу, Исобу был удивлен и даже подавлен тем фактом, что может лишь так незначительно усиливать своего джинчурики. Он-то думал, что может предоставить несколько десятков минут в режиме Двух Хвостов, а на деле оказалось, что и пяти не осилит. Ко всему — после высвобождения своей чакры, ему приходилось подолгу «спать», занимаясь лишь сдерживанием своей звериной натуры. Все это удручало миролюбивого Биджу, а потому сейчас он не только трепетал, в надежде увидеть отца, но и морально готовился к тому, что ему предстоит пройти испытания ради усиления своего джинчурики.
По приказу Узукаге, двери в усыпальницу открылись, и на вошедших обрушилось давление чакры. Но не на всех. Сенсома удивленно заметил, что не чувствует ничего неприятного. Он ощущал чакру вокруг себя и даже различал ее физическую, духовную и природную составляющие, но она на него не давила. А на остальных давила.
Хирузен, например, из-за своей чувствительности, моментально покрылся потом и стиснул зубы. Он не хотел показывать слабость перед другими Каге, но ничего не мог с собой поделать — слишком уж велика и темна была энергия самого Рикудо.
Чие приходилось еще хуже — она была слабее Хокаге и куда менее подготовлена (Сарутоби, все же, было не впервой чувствовать на себе это давление). Девушка обхватила себя за плечи и судорожно глотала воздух, будто только что выплыла из самой глубокой впадины в мире.
Тоширо держался лучше всех — он был носителем силы Мудреца, Узукаге и человеком, наиболее часто посещающим это место. Хотя даже так, было видно, что на него давит неприятное ощущение.
А на Сенсому не давило.
— Отец… — выдохнул Исобу, и Сенсома тут же провалился в свое подсознание, полностью лишенный чувств.
***
— Все не так уж и плохо, Хокаге-сан, — донесся до ушей Сенсомы сосредоточенный голос Тоширо. — Биджу напал? Не напал. Он просто нахватался силы Мудреца.
— Но Математик, тем не менее, вырубился, — веско заметила Чие. Вернее, она попыталась «веско заметить», но ее голос был слишком хриплым для этого. — Возможно, Треххвостый атаковал его не на физическом уровне.
— Маловероятно, — отмахнулся Узукаге.
— Тогда зачем же, по вашему, Биджу начал впитывать энергию Рикудо? — послышался голос Хирузена.
— А это мы с вами сейчас узнаем, так сказать, из первых уст. Сенсома, давай, подъем. С твоей печатью я закончил.
Сенсома почувствовал, как к нему вернулась не только возможность слышать, но и двигаться. Разговаривать. Но разговаривать сейчас было попросту не о чем, а потому он тут же «нырнул» в свое подсознание.
— Я закончил, перерожденный, — поприветствовал его Исобу. — Этого хватит. По крайней мере — на ближайшие несколько лет.
Обстановка во «внутреннем мире» Сенсомы изменилась. Ранее она была похожа на что-то вроде гигантской комнаты с тьмой вместо стен и потолка, и простым кафельным полом с шахматным узором, а теперь… Теперь же «убежище» Исобу выглядело чем-то вроде огромной удобной клетки, до середины наполненной водой. Сенсома же находился вне этой клетки и стоял на простой каменной платформе. Когда Треххвостый всплывал, его джинчурики оказывался наравне с его глазами.
— Ты сам запечатал себя? — удивился Сенсома. — Я думал, что ты сделаешь что-то вроде… Ну, не знаю — полностью излечишь свое безумие, например.
— Полностью не вышло бы, — разочарованно вздохнул Исобу. — Но ты прав — я пытался. У меня получилось улучшить свое состояние, и еще хватило сил на обустройство клетки. Теперь мне легче подавать тебе мою чакру. Ты сможешь использовать режимы всех Трех Хвостов и даже полное превращение, если нужно, и времени тебе будет дано до полного истощения моей чакры. Не так уж и мало. Но ценой использованию Хвостов будет твое здоровье. Ранее я сдерживал яд своей чакры, но теперь не могу. Это… впрочем, неважно. Главное — теперь ты можешь дольше пользоваться моей силой.
— Это, конечно, здорово, но… — Сенсома замялся, даже не зная, как грамотно изложить свои мысли. — Что же насчет тебя? Я рад, что мы стали сильнее, но ведь было бы лучше, если бы ты полностью вылечился, нет? Не «лучше» в плане — «так мы бы были еще сильнее», а «лучше» в плане — «так ты бы смог обрести настоящую свободу от чуждых тебе эмоций». Это было бы лучше для тебя, разве нет?
Исобу молчал, видимо, думая о чем-то очень важном, а потом глубоко вздохнул. Он даже окунулся под воду полностью, и Сенсома чувствовал, как его чакра пришла в беспокойство из-за сильных эмоций. Но это был не гнев и не ярость.
— Спасибо, перерожденный, — выдохнул Биджу, когда всплыл. — Спасибо… Я не смог полностью излечиться, и не смогу, пока ты не перестанешь быть носителем осколка силы Отца, или пока не станешь иметь доступ к большему осколку. Например, как у Узукаге. Но… все равно спасибо. За твои слова. А теперь иди и скажи своим друзьям, что ты в порядке. Иди…
И Сенсома «вернулся», чувствуя, как Исобу внутри погружается под воду, дабы остаться наедине со своими мыслями. Похоже, гигантскую демон-черепаху сильно впечатлили его слова. Ну… может быть. Ему ведь, наверное, еще не говорили ничего подобного.
— Со мной все хорошо, — слабо улыбнулся перерожденный. — Теперь мы с Исобу стали… сильнее. Там долго все объяснять, так что тебе, Хирузен, я напишу отчет, а тебе, Тоширо, расскажу потом. Может быть подкинешь какую-нибудь здравую мысль.
— А мне? — приподняла бровь Чие.
— А тебе, Казекаге-чан, я могу лишь пожелать удачи, — усмехнулся Сенсома. — Ведь ты видела тело. Ты все знаешь. И Тоширо с Хирузеном теперь от тебя просто так не отцепятся.
***
Переговоры трех Каге, к великому удивлению Сенсомы, длились целую неделю. Хирузен и Чие постоянно отсылали почтовых голубей своим людям и советовались с Дайме. Тоширо этого делать было не нужно, зато ему, как «нейтральной» стороне, было выделено больше работы по организации условий для комфортных переговоров и прочего.