Разрыв не по шаблону

— Артур Назарович? Прошу прощения. Я думал — вы здесь один.

— Да, Елена уже уходит. Кстати, Лена, это один из трех будущих владельцев моей (пока еще) компании — Вадим Сергеевич Демьянцев. А это моя племянница Елена.

Вадим чуть склонил голову в сторону женщины и опять вопросительно уставился на шефа.

— Все-все! — поднял тот руки, — наше время — наши же деньги. Лена, матери привет.

Уже присаживаясь в кресло перед столом начальника, Вадим почувствовал движение воздуха — женщина прошла к двери и его окутал аромат ее духов — он мог только догадываться об их стоимости. Почему-то мелькнула мысль о Ксюше — ей бы такие.

— Елена! — резко обернулся он к уже закрывающейся двери.

— Да? — замерла она в дверном проеме и пришлось приложить настоящее усилие, чтобы не впасть в ступор, жадно вбирая глазами вот это все…

— Извините… как называются ваши духи? Хотелось бы подарить такие же жене, — подсознательно, наверное, и исключительно для себя, возвел он невидимую преграду между собой и этой женщиной.

— Похвально, — отметила она. И голос ее тоже оказался приятным — чуть резковатым, звучным и без той капризной нотки, которая присуща почти всем женщинам, которые высоко ценят себя.

Она сказала название, попрощалась теперь уже в голос и вышла. Вадим записал сложные в произношении слова в записную книжку. Выводил буквы медленно, чувствуя легкую заторможенность и задавая себе вопрос — что именно она похвалила? Его заботу о жене или то, что он не скрывает ее наличия? Он даже пропустил какие-то слова шефа.

— Простите, Артур Назарович…? Прослушал. Тут сложная белибердень — боюсь спросить у продавца не то.

— А-а… А то я уж подумал, что вы, как и все — «…а если она до сих пор не устроена…?»

— «Красивая женщина — это профессия»?

Шеф тонко улыбался, его острый и насмешливый взгляд говорил о том, что отлично он понял все эти потуги с барьерами и заборами.

— Все верно. И правильно — женат и точка, а Елена тоже замужем. Так что… уважаю вашу разумность и стойкость, Вадим Сергеевич. А теперь — к нашим баранам…

Дальше они говорили о работе.

Вадим знал этот стих Роберта Рождественского, но он был не так о внешности, как о внутренней силе, необходимой каждой красивой женщине. На это же минное поле лучше было вообще не ступать. И у него есть Ксюша. А духи на ее День рождения он подарит другие — чтобы даже не вспоминать эту Елену… Прекрасную. Получил удовольствие, полюбовавшись, сделала она его день — и достаточно.

Тогда — почти три месяца назад, он даже не представлял себе, к чему приведет эта встреча. И не сразу заподозрил, что следующие были совсем не случайны — опять возле кабинета шефа, еще где-то, потом на небольшом приеме в честь какой-то даты у одного из судейских. И он тоже был приглашен вместе с шефом, хотя пока не являлся одним из владельцев адвокатской конторы.