Цвет мантии

– Юм! – неожиданно всколыхнулась и выскользнула на поверхность отодвинутая на время тревога. – Мне нужно найти Юма! Помогите мне его найти! Пожалуйста!

– Юм? – Мужчина на мгновенье задумался. – Ах, да! Юм! Вот как его зовут! Сейчас он как раз выбирает тебе комнату в школе… – Он взглянул на вбольшинстве своём тёмные по ночному времени окна величественного строения. Не за долго до этого за одним из них с неимоверным грохотом упало что-то железное и очень тяжёлое. Риггл на секунду поджал губы, глубоко вздохнул и продолжил как ни в чём не бывало: – Очень милый, любопытный малыш. И очень сообразительный… Я еле успел перехватить его прежде, чем он объяснил тебе, что происходит. Ведь ты же знаешь, что призраки, как кошки, видят всё: и спрятавшихся домовых, и затаившихся лесных духов, и даже невидимых чародеев.

– Как кошки? – подозрительно прищурилась Вилька, но директор сразу оговорился:

– Перевёртыши не являются в полной мере животными, поэтому их чувства на тонкий мир не распространяются… А ты, если бы по-прежнему могла общаться с его обитателями, распутала бы заданную вам задачу без чьей-либо помощи максимум за час-полтора, и не дала бы раскрыться талантам своих спутников. Так что ты, похоже, пока просто не понимаешь, насколько полезен твой дар. А посему… – Он снова принял важный вид и произнёс: – Вилея из Колтовки. Добро пожаловать в класс изучения тонкого мира. – И жестом пригласил её войти в распахнутые ворота.

Когда Вилька проходила под привратной аркой, ей вдруг почудилось, будто левой руки её коснулся холодный ветерок. Девочка опустила глаза и в ужасе отпрыгнула в сторону, врезавшись спиной в шедшего рядом директора. Рядом с ней, прижимаясь к живой руке человека полупрозрачным боком, не спеша трусила громадный призрачный пёс. Или волк. Только угольная шкура его переливалась в свете волшебных огоньков, словно тронутая серебристой изморозью. И всё же, не смотря на такое различие, Вилька готова была спорить на что угодно, что это было то самое порождение мрака, которое совсем недавно чуть не сожрало её в чаще ночного леса. Девочка сглотнула подкатившийся к горлу ком и затравленно оглянулась на остальных. И к своему немалому удивлению поняла, что больше никто ничего не видит. «Порождение» повернуло к ней морду и умильно улыбнулось во все свои клыки, высунув призрачный серый язык. На его шее по-прежнему «красовалось» ожерелье из маленьких косточек. А вот глаза уже не полыхали красным. Они светились льдисто-зелёным светом, что было странно, но совсем не страшно. Скорее завораживающе. Вилее даже захотелось погладить бесплотную голову. И зверь, словно почувствовав её желание, доверчиво вильнул хвостом и «лизнул» руку человека. Ладонь тут же будто прошила сотня ледяных иголочек, а в нечеловеческих глазах девочка неожиданно разглядела бесконечную преданность.