Я в глазах твоих утону...(СИ)

— Вы, надеюсь, не поверили ни одному слову Блэка? — прошипел он, впившись глазами в лицо Дамблдора.

— Я хочу поговорить с Гарри, Лиссой и Гермионой наедине, — повторил Дамблдор.

Снегг подступил к нему на шаг.

— Сириус Блэк проявил наклонности убийцы ещё в шестнадцать лет. Вы забыли это, директор? Забыли, что однажды он пытался убить меня?

— Я пока на память не жалуюсь, Северус, — спокойно отозвался Дамблдор.

Снегг повернулся на каблуках и проследовал из палаты, Фадж всё ещё придерживал для него дверь. Дамблдор повернулся к Гарри и Лиссе с Гермионой, и, едва дверь захлопнулась, оба наперебой заговорили:

— Профессор, Блэк говорит правду: мы сами видели Петтигрю…

— Он убежал, когда профессор Люпин превратился в волка…

— Стал крысой…

— У Петтигрю на передней лапе, нет, на руке нет пальца. Он сам отрезал его…

— Это Петтигрю напал на Рона, а не Сириус…

Дамблдор поднял руку, прервав этот поток объяснений.

— Теперь ваша очередь слушать и я попросил бы не перебивать меня, потому что времени у нас чрезвычайно мало, — начал он негромко. — Кроме ваших слов, нет никаких доказательств, подтверждающих рассказ Блэка. А слова трёх тринадцатилетних волшебников, увы, никого не убедят. На улице было полно очевидцев, которые поклялись, что видели, как Сириус убил Петтигрю. Я сам свидетельствовал перед министром, что Сириус был у Поттеров Хранителем Тайны.

— Профессор Люпин может подтвердить… — не удержался Гарри.

— Профессор Люпин далеко в лесу и не в состоянии кому-либо что-либо рассказать. А когда он снова обретёт человеческий облик, будет уже поздно. И Сириус будет хуже, чем мёртв. Могу добавить, что у большинства моих коллег оборотни вызывают столь мало доверия, что его поддержка едва ли поможет. Особенно если учесть, что они с Блэком старые друзья.

— Но…

— Пойми, Гарри, у нас нет времени. Версия профессора Снегга выглядит гораздо убедительнее вашей.

— Он ненавидит Сириуса, — с отчаянием вымолвила Лисса. — И всё из-за той глупой шутки, которую Сириус с ним сыграл…

— Согласитесь, Сириус вёл себя подозрительно. Напал на Полную Даму, проник с ножом в башню Гриффиндора. Ко всему этому Петтигрю, живой он или мёртвый, не имеет никакого отношения. И у нас нет ни малейшей возможности доказать его невиновность.

— Но вы-то верите нам.

— Да, верю, — невозмутимо согласился Дамблдор. — Но я бессилен заставить других прозреть истину или отменить решение министра магии. У меня нет такой власти.

Глядя на его огорченное лицо, Лисса почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Она уже давно свыклась с мыслью о всемогуществе Дамблдора и рассчитывала, что директор запросто, одним махом найдет какое-то удивительное решение. И вот их последние надежды рушились.

— Сейчас нужно одно, — медленно проговорил Дамблдор, и его яркие голубые глаза перебежали с Гарри на Гермиону и с Гермионы на Лиссу, — выиграть время.

— Но… — начала было Гермиона, и тут глаза у неё округлились. — Ну конечно!

— Теперь внимание. — Дамблдор заговорил тихо и отчётливо. — Сириус заперт в кабинете профессора Флитвика на восьмом этаже, тринадцатое окно справа от Западной башни. Если всё сложится удачно, сегодня ночью вы спасёте две невинные жизни. Но запомните все: вас никто не должен видеть. Мисс Грэйнджер, вы это знаете и знаете, сколь велик риск… Вас — никто — не должен — видеть.

Гарри и Лисса понятия не имели, о чём идёт речь. А Дамблдор встал и, дойдя до двери, обернулся.

— Я закрою вас здесь. Сейчас, — он взглянул на часы, — без пяти двенадцать. Мисс Грэйнджер, вам хватит трех оборотов. Желаю удачи.

— Желаю удачи? — повторил Гарри, как только за Дамблдором закрылась дверь.

— Три оборота? О чём он говорил? Что мы будем делать? — спросила Лисса.

Гермиона пошарила у себя за пазухой и извлекла очень длинную золотую цепь.

— Гарри, Лисса идите сюда, — велела она. — Быстро!

Гарри подошёл к ней, окончательно сбитый с толку. Лисса последовала его примеру. Гермиона подняла цепь перед собой, и они увидели на ней крохотные, сверкающие песочные часы.

— Встаньте ближе.

Она накинула цепь и им на шею.

— Не шевелитесь.

— Да что ты такое делаешь? — Гарри совершенно растерялся.

Гермиона трижды перевернула песочные часы. Темнота в палате рассеялась, и ребята почувствовали, что очень быстро они летят куда-то назад. Мимо неслись смутные цветные пятна и контуры, уши заложило — Гарри попытался крикнуть, но не слышал своего голоса… Но вот под ногами вновь появилась твёрдая почва, и всё опять обрело привычные очертания. Они с Гермионой стоят в пустынном холле, из распахнутых парадных дверей на мощеный пол льётся поток золотых солнечных лучей. Лисса ошарашено взглянула на Гермиону и на цепь от часов, врезавшуюся им в шею.

— Гермиона, что произошло?

— Быстро! — Гермиона схватила их за руки и потащила через холл к чулану, где хранились швабры, щётки и вёдра, втолкнула их туда, вошла сама и прикрыла за собой дверь.

— Что… Как… Гермиона, я ничего не понимаю!

— Мы переместились назад во времени, — шепотом объяснила Гермиона. В темноте она сняла цепь с шеи Гарри и Лиссы. — На три часа.

Лисса нащупала свою ногу и что было силы ущипнула. Вышло очень больно. Да, похоже, это и впрямь не фантастический сон.