Я - Даго Повелитель [calibre 3.46.0]

- Это означает, Петронас, что я и дальше обязан оставаться невольником Сватоплука и сидеть в собственном государстве, словно в клетке, - метался Пестователь по своей комнате. – Я опасаюсь выгнать Любушу, которая рожает мне одних дочерей. Но еще больше я боюсь, если у меня с ней родится сын, он может оказаться не великаном, а карликом.

И сказал тогда Петронас:

- А кто знает, господин мой, а не окажутся ли те, кого ты считаешь великанами, карликами. А тот, кого ты признал карликом, станет великаном.

Пропустил Пестователь эти слова Петронаса мимо ушей, и впоследствии пожалел об этом. А ведь учила его Книга Громов и Молний, что "важным является то, что говорит повелитель, но иногда гораздо более важным бывает то, что говорят ему".

Тем временем, неожиданно заболел Спицимир и на следующий же день скончался. Ходили слухи, будто бы его отравили. Тем же самым днем пришло известие, что императора ромеев, Василия I, постиг несчастный случай на охоте, и что власть после него взял на свои плечи Леон VI, который никогда не участвовал в переговорах о создании миссии для полян. Понял тогда Даго, что он не может рассчитывать ни на кого из союзников, и что никто не поможет ему в том, чтобы уменьшить могущество Сватоплука.

На место Великого Канцлера, Херима, Даго назначил Херимового сына, Миколу, но тот не знал иностранных языков и плохо ориентировался в проблемах окружающего полян мира.

Правда, с какого-то времени Пестователь любил окружать себя и назначать даже на высокие должности людей никаких и мало ориентирующихся в искусстве правления, ибо таким образом, как сам считал, никто при дворе не мог быть более мудрым и более знающим, чем он сам. Весьма часто он менял этих же людей и назначал новых, а поскольку все были никакими – то никто и не спрашивал, а почему их заменили другими, почему один рз они в милости, в другой же раз этих милостей лишаются. К примеру, Великим Сборщиком Налогов сделал он некоего Недомира из рода Палук, который даже толком-то и считать не умел, разве что мог читать и писать склавинскими рунами. Зато существовала уверенность в том, что, перепуганный собственным возвышением, Недомир никогда ничего не уворует из государственной казны, а чтобы заслужить милость Пестователя, охотно станет доносить на тех, кто обогащается.