Дракон и солнце 3. Луна, звезда (СИ)

Федрис Хлер, конечно, передаст Барензии и Хелсету новую информацию, равно как и сдобренную угрозой просьбу оставить Нереварина в покое. Но Джон помнил тусклые, холодные глаза Хелсета, помнил, как тот поступал и что говорил, и потому мало надеялся, что юный король легко забудет об опасном существе, походя убивающем богов.

Значит, Хелсет может стать - вернее, остаться - одним из его назойливых преследователей. Вампиры, Дагот Ур, Хелсет, а возможно, и ординаторы Вивека. Немалый список, вздохнул Джон, понимая, что ему нужно хорошее убежище. И это убежище у него теперь имелось - вот только уж больно оно было противное.

Но что поделаешь.

Прихватив под крылышко кровать, сундуки Веласа, стеллаж и шкаф, а потом лишив кухню стола, стульев, посуды и корзинок со съестными припасами, он снова натянул на палец Ленту и выискал в мерцающем хаосе знакомый зал с аркой.

Тошнотворное мгновение в серой мгле - и вот он снова в Заводном Городе. Над головой все так же клацают шестеренки, с арки свисает мерзкий труп и валяется под стеной покойная Альмалексия.

- Так, - вслух сказал Джон, набираясь окаянства, а потом облекся в рожки, подошел к арке и со всей дури рубанул мечом по толстому канату, торчавшему из затылка мертвого божка.

Посыпались искры, ударила молния и Довакина отбросило назад на пол. Свет в зале погас, шестеренки остановились и наступила благословенная тишина. Джон знать не знал, что случилось, но в целом его все устраивало. Свет ему и не нужен, ведь есть же зачарованный пояс… а потом можно принести сюда фонарики. Разноцветные.

Знать, судьба у него в Морровинде такая - жить в чужих холостяцких берлогах и мечтать украсить их фонариками.

После этого загадочного происшествия канаты его больше ничем не удивили. Никаких вспышек и искр - простое металлическое плетение, которое Джон, попотев, наконец-то перерубил. Подхватив одной рукой тело Сота Сила, другой рукой он поднял Альмалексию и потащил их прочь из зала, направляясь в купол Удока.

Вот и она, мерзкая жижа. Стоя на мосту, он сбросил тела вниз и посмотрел, как их начинает разъедать и поглощать вязкое болото внизу. Тут вам самое место, сумасшедшие извращенцы. В грязи и забвении.

На мгновение он пожалел, что не снял с богини маску и не рассмотрел подробнее, но теперь было уже поздно. Какая разница, пожал он плечами и пошел обратно, чувствуя, как помаленьку сползает доспех.

Теперь в главном куполе стало слегка приятнее. Тихо, спокойно. И никто не висит с потолка - для хорошей обстановки в доме это важно. Джон рассмотрел странные наклонные столы с кнопками, возвышавшиеся около арки, ничего не понял и решил их не трогать, а вместо этого пошел извлекать из-под крылышка кровать и прочую мебель.

Оставшиеся от дневника ошметки мало чем могли поделиться, и Джон, листая рваные, смятые, испорченные чернилами страницы, подумал, что ему придется снова вернуться к Нибани и записать пророчества заново. Он уже и забыл, что ему теперь положено делать. Объединять племена, Дома?..

Он вспомнил лагерь Уршилаку и почувствовал, что совсем не хочет сейчас туда возвращаться. На душе после всего случившегося было премерзко и ему хотелось просто отдохнуть и забыться хоть на время. Хотелось чего-то чистого, чего-то настоящего…

Смеющаяся морда Призрака возникла у него перед внутренним взором и он выпрямился, удивляясь, почему не подумал об этом сразу.

Он поедет на Солстхейм. Там волки, елки, снег и скаалы. Там его встретят как родного, там свежо и холодно. А Дагот Ур и все прочие пусть пока подождут. В конце концов он имеет право на небольшой отдых.

*

Условным утром он проснулся в кровати под куполом, в свете маленького зачарованного фонарика, и некоторое время лежал, соображая, чем так противно пахнет. Потом понял, что это протухла еда, которую он не убрал вечером под крылышко.

Одевшись в вварденфелльское, он собрал испорченную снедь и поволок корзину к куполу Удока, по пути прихватив остатки рюкзака (не доставайся никому, родная котомка!). Бросил все это в жижу и подумал, что место, конечно, мерзкое, но замечательно подходит для избавления от отходов. Не исключено, что именно для этого оно и создавалось.

До некоторой степени Джону даже начинал нравится Заводной Город.

Впрочем, теперь, когда большая часть механизмов заглохла, здесь и самом деле стало спокойнее. И безопаснее, ведь сюда никто не сунется - кроме Принцев Даэдра, конечно, но от этих можно скрыться разве что на Глотке Мира, и даже там не от всех.

Он вернулся в главный купол, собрался в путь и снова достал Ленту. Мерцающий, плывущий беспорядок возник перед ним, стоило лишь надеть кольцо на палец в простой, из старых запасов, перчатке. Но куда отправиться?

Сумрак Капеллы его вовсе не привлекал - ему не хотелось новой встречи с ординаторами, как не хотелось и выяснять, что сказал им Хлер. Да и в целом в Морнхолде ему уже делать нечего; надо вернуться в Вварденфелл - а там сразу в Хуул и на остров… или сперва заглянуть к скампу?

Еще одно место плавало среди хаоса - бурые стены, знакомый похоронный интерьер. Кажется, один из храмов Трибунала. Альмалексия говорила о том, что хочет покончить с Вивеком - прямо сразу после того, как обратит дорогого Неревара в нечто непотребное. Возможно, это храм Вивека и есть…