Лотэр

Прости меня.

Его бёдра толкнулись, удерживая её на своём члене, сначала приподняв её, потом чуть опустив вниз.

- Лотэр! - в её голосе смешались желание и боль. - Отпусти!

- Нет. Потому что сейчас ты ещё... - ещё один толчок бёдер, - ... не... - более яростный подъём, -

... моя!

- упёршись в её лобок, он зарычал.

Со сдавленным криком Элли уронила голову вперёд, её хрупкое тело дрожало на его вздымающейся груди.

- Посмотри на меня. Я сделал тебе больно? - спросил он, игнорируя голоса в голове, которые требовали "Придави её, заклейми, заставь понять, кто её отметит. Кто будет ею править."

Она закусила губу с серьёзным выражением лица.

- Немного больно, Лео.

Нет, никогда не сделаю тебе больно!

Он встряхнулся, повторяя про себя

"Развязка. Развязка. Элизабет - моя королева. Не должен её пугать."

Не подозревая о его внутренней борьбе, она начала чуть сдвигаться. Он ощущал, как чувственно двигаются её ягодицы под его пальцами, когда она проверяла своё тело и их тугую связь.

Чёрт, внутри неё он пульсировал.

Нет, возьми себя в руки!

Он стиснул зубы, его грудь покрывали капельки пота.

Когда она осторожно качнула бёдрами, они встретились взглядами, в одновременном ожидании её реакции.

Веки девушки отяжелели... с губ сорвался стон.

В ответ его бросило в дрожь. Его поразило то, что он на самом деле наблюдал, как его женщина -

его - впервые открывает для себя это наслаждение. Он не мог даже передать, насколько эта мысль была для него приятна.

Как долго я этого ждал, как долго я ждал её.

- Сейчас ощущения всё лучше и лучше. - Она прижалась к его лбу своим. - Малыш, я могу ощутить внутри твоё сердцебиение.

Вскоре ты сможешь ощутить ещё больше.

- Ты никогда уже не сможешь от этого отказаться, Лизавета. Я делаю тебя своей.

Но ещё не окончательно.

Он всё ещё должен прокусить её шею.

Ритуал.

Эта отметка будет подтверждением их связи, печатью.

Погрузи в неё клыки. Заставь её почувствовать и их тоже.

Когда его глаза остановились на пульсирующей вене на её шее, она прошептала:

- Я никогда не думала, что это будет так. Лотэр, ни к кому я не чувствовала себя ближе.

Он поднял на неё свой взгляд, признаваясь:

- И я тоже.

- Хорошо, - улыбнулась она.

Не причинять ей вреда.

Только нежность.

Не напугать.

Сегодня, Лотэр, тебе не нужно быть с ней вампиром.

Он сказал ей по-русски:

- Маленькая смертная, ты изменила всё.

Как я могу так сильно тебя хотеть? Отрицая себя самого?

Потому что к ней он чувствовал нечто большее - глубокое чувство принадлежности и желания защищать.

Никто никогда не сможет навредить этой женщине в его руках, даже он сам.