Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— Комиссар Мегрэ, — сказал он.

— Я читала о вас в газетах. Так это вы? Я думала, что вы более толстый.

— Расскажите мне о Фюмале. Начнем сначала. Где вы с ним познакомились, когда, каким образом?

— Немного больше года тому назад.

— Где?

— В маленьком кабачке «Желание» на Монмартре. Я была у бара. Он пришел с друзьями, которые были более пьяны, чем он.

— Он не пил?

— Я никогда не видела его пьяным.

— Что дальше?

— Там были другие девушки. Один из его друзей позвал одну из них. Потом другой, мясник из Лилля, как я припоминаю, или же откуда-то с севера, пригласил мою подругу Нину. За столом только с ним никого не было. Тогда издалека он знаком пригласил меня. Вы знаете, как это происходит. Я прекрасно понимала, что он этого не хотел, просто должен был поступить как другие. Я помню, что он на меня посмотрел и сказал: «Ты худая. Должно быть, голодна». Я действительно была худая. Не спросив меня, он подозвал метрдотеля и заказал мне полный ужин. «Ешь! Пей! Не каждый вечер тебе посчастливится встретиться с Фюмалем». Вот так все и началось. Его друзья с девушками ушли раньше его. А он расспрашивал меня о родителях, о детстве, о том, чем я занимаюсь. Таких много. Он даже не приставал ко мне. А в конце он сказал: «Идем со мной. Я отвезу тебя в приличную гостиницу».

— Он остался на ночь?

— Нет. Это было около площади Клиши, как я помню. Он заплатил за неделю вперед, а в тот вечер даже не пошел со мной. Он пришел на следующий день.

— На этот раз он поднялся?

— Да. Пробыл недолго. Не столько времени, как для того, о чем вы подумали. Он был не очень силен по этой части. Он мне больше рассказывал о себе, о том, что делал, о своей жене.

— А как он говорил о ней?

— Мне кажется, он был несчастен.

Мегрэ с трудом верил своим ушам.

— Продолжай, — тихо сказал он, машинально назвав ее на «ты».

— Это трудно, вы понимаете? Он мне об этом так часто говорил…

— Иными словами, он приходил к тебе, чтобы поговорить о себе.

— Не только…

— Но по большей части?

— Может быть. Судя по всему, он много работал, больше, чем кто бы то ни было, и стал кем-то очень значительным. Это правда?

— Это было правдой, да.

— Он мне говорил что-то вроде того: «Ну и что мне это дает? Люди не понимают этого и принимают меня за скотину. Моя жена сумасшедшая. Мои слуги, мои служащие думают только о том, как бы обворовать меня. Когда я вхожу в шикарный ресторан, я догадываюсь, что люди вокруг меня шепчут: „Ты посмотри! А вот и мясник“».

Принесли спагетти для Мегрэ и равиоли для Мартины Гийу, перед которой стояла оплетенная бутылка кьянти.

— Вы позволите?

Заботы не мешали ей есть с аппетитом.

— Он сказал, что его жена сумасшедшая?

— И что она его ненавидит. Он купил замок в деревне, где родился. Это тоже правда?

— Да, правда.